– Это не жертвы, – сказал Нико, и я выдохнул. – Но я принес вам дар получше! Я вижу тебя, о великий Иии-Блинг!

Правда, Нико не произнес «Иии». Он заскрипел, и я понял, что он занимается изучением языка троглодитов. Произношение у него было дивным: у меня даже в ушах зазвенело.

Троги подались вперед, принюхиваясь в ожидании, а Нико протянул руку Уиллу: мол, давай сюда.

Покопавшись в сумке, Уил вытащил сушеную ящерицу и вручил ее Нико, который развернул ее с трепетом, как святую реликвию, и поднял над головой.

По толпе троглодитов прокатился вздох восхищения.

У Иии-Блинга задвигались ноздри. Я думал, от восторга у него с головы соскочит треуголка.

– Это – ррр – пятилинейный сцинк – цок?

– Да – ррр, – подтвердил Нико. – Его было непросто отыскать, о Иии-Блинг, Носитель Прекраснейших Шляп.

Иии-Блигн облизнул губы. Слюна капала ему на галстук.

– Действительно, редкий дар. В наших владениях мы часто находим итальянских стенных ящериц. Черепах. Лесных лягушек. Крысиных змей. Изредка, если очень повезет, можем встретить гремучую змею.

– Вкусные! – взвизгнул трог позади него. – Гремучие змеи вкусные!

Несколько других трогов заскрипели и зарычали, соглашаясь.

– Но пятилинейный сцинк, – продолжал Иии-Блинг, – деликатес, который редко нам достается.

– Это мой дар вам, – сказал Нико. – Мирное приношение с надеждой на дружбу.

Иии-Блинг взял сцинка в длиннопалые, с острыми когтями руки. Я подумал, что он закинет рептилию в рот и дело с концом. Так поступил бы любой бог, которому подарили любимое лакомство.

Вместо этого он повернулся к своему народу и произнес короткую речь на своем языке. Троги возликовали и замахали шляпами. Трог в забрызганном грязью поварском колпаке протолкнулся вперед, преклонил колени перед Иии-Блингом и взял у него сцинка.

Главарь с улыбкой повернулся к нам:

– Мы разделим этот дар! Я, Иии-Блинг, председатель правления – цок – троглодитов, постановил, что должен быть приготовлен великий суп, чтобы все акционеры смогли попробовать вкус чудесного сцинка!

В толпе троглодитов снова раздались радостные крики. «Ну конечно, – догадался я. – Если Иии-Блинг подражает Джорджу Вашингтону, то он не может быть королем – он должен быть председателем правления».

– За этот щедрый дар, – продолжал он, – мы не станем убивать и есть тебя, Нико ди Анджело, хотя ты итальянец и нам интересно узнать, сравнишься ли ты по вкусу с итальянской стенной ящерицей!

Нико склонил голову:

– Вы очень добры.

– Мы также великодушно воздержимся от того, чтобы съесть твоих спутников…

Некоторые из акционеров Иии-Блинга заворчали:

– Э-э, что?

– …Несмотря на то что они, как и ты, не носят шляп, а народ без шляп нельзя считать цивилизованным.

Рейчел и Мэг встревожились, вероятно потому, что Иии-Блинг продолжал обильно пускать слюни, говоря, что не собирается нас есть. А может быть, они думали обо всех замечательных шляпах, которые могли надеть, если бы только знали об этом раньше.

Светящийся в темноте Уилл ободряюще кивнул нам и одними губами произнес: «Все нормально». Видимо, приношение даров с последующим обещанием не убивать и не есть гостей входило в стандартный дипломатический протокол троглодитов.

– Мы видим твое великодушие, о Иии-Блинг! – сказал Нико. – Я хочу предложить тебе заключить с нами пакт – соглашение, которое принесет всем нам много шляп, а также рептилий, хорошей одежды и камней.