– Ну, это не ко мне. Могу ли я просить вас проехать к Ермолаевым и подтвердить, что наше агентство свою работу выполнило?

– Разумеется. Только мы такси отпустили.

– Ничего страшного, я за рулем.

Глава 55

Конечно же, появление Новикова с Олимпиадой Петровной – сейчас, когда она вся светилась от счастья, язык не поворачивался назвать ее Липой, – произвело в доме Ермолаевых фурор. И конечно же, Ермолаев категорически отказался принять от Сергея Егоровича деньги в качестве компенсации за оплату частных детективов.

Не успели Иван с Асей пообедать, как позвонили Кристина с Тимуром и Федором, и они отправились в свою комнату, чтоб провести завершающее совещание по делу Новикова. В нем – виртуально – присутствовал и Щедрый. Такая форма общения его не очень устраивала, так как не предусматривала ни кофе, ни лебедевских сухариков, ни тем более обещанного Рыбаком пива. Но, как говорится, на безрыбье…

Первым взял слово Щедрый. Итак, сказал он, жил-был мужчина с небольшим бизнесом и большими амбициями по имени Фомин Алексей Ильич. Однажды он увидел объявление, что сдается квартира на Тверской в обмен на пожизненное содержание. Он слышал о таких вариантах и знал, что дело это очень выгодное и квартира в центре Москвы может ему достаться за относительно малые деньги. Фомин тут же позвонил. Ему ответил надтреснутый женский голос, судя по которому, его обладательнице осталось не так уж много жить на этом свете. Бабулька была готова подписать необходимые документы хоть сейчас, и Фомин не стал откладывать дело в долгий ящик. При личной встрече сделка показалась ему еще более выгодной. Восьмидесятилетняя старушка выглядела на все девяносто – согбенная, она натужно дышала, периодически покашливая в желтый кулачок. Запросы у старушки были совсем мизерные – ее не нужно было кормить пять раз в день и при необходимости менять судно. Требовалось лишь оплачивать ее проживание в пансионате в Крыму да периодически присылать кое-какие лекарства. Документы были подписаны, Фомин лично отвез старушку в пансионат, туда же отправил посылкой необходимые препараты. А сам в тот же день въехал в заветную квартиру.

Ремонт его мечты обошелся в довольно крупную сумму. Казалось, все строительные подрядчики сговорились и, узнав, что объект находится на Тверской улице, задирали цены до неприличия. Фомин как-то поинтересовался, сколько будет стоить аналогичный ремонт где-нибудь в Химках. Разница оказалась внушительной. Конечно же, строители подводили экономическое обоснование под свои цены, объясняя их пробками, отсутствием бесплатных стоянок и т. д. и т. п. Но легче от этого не становилось. К тому же бабушка – божий одуванчик вовсе не собиралась умирать. Он для интереса отправился как-то в Крым и обнаружил ее цветущей, помолодевшей и даже прибавившей в росте. «Это Крым, детка!» – пояснила она произошедшие с ней метаморфозы, хотя на самом деле это была не восьмидесятилетняя Марина Афанасьева, а ее дочь, только что перешагнувшая порог шестидесятилетия, а ее вид на момент подписания документов объяснялся умело наложенным гримом. В январе Ариадна сообщила, что проживание в пансионате подорожало на величину коэффициента инфляции. Фомин было возмутился, но бабуля заметила, что этот момент прописан в договоре. Скрепя сердце пришлось платить. Летом бизнес Фомина заметно просел, к Новому году и вовсе задышал на ладан. И тут оказалось, что цена на проживание в «Райском саду» взлетела в три с лишним раза: вместо шестидесяти тысяч нужно платить двести. Тогда Алексей Ильич понял, что старушку нужно убить, и тут же предпринял первую попытку. Она оказалась неуспешной, но, к счастью, ее никто не заметил. Во всяком случае, так ему показалось. А через три дня явился частный детектив с идиотской фамилией Сохатый, сообщил, что ему все известно, и потребовал ежемесячно переводить ему на счет пятьдесят тысяч.