|
Путь к кухне легко различался по запаху подгоревшего жира, чада, чеснока, перезрелых фруктов и овощей. На плите, бушуя паром, стоял огромный котел с супом. Повариха - тетка-глыба с руками толще мужского бедра - рубила на большой доске сваленные в единую кучу фрукты, овощи и крольчатину. Войдя, Найл увидел, как она, покончив с этим, счищает наструганное в котел кухонным ножом. Потирая глаза и широко зевая, вошли двое сонных мужчин. Вытянув себе из громоздящейся в металлической раковине груды по немытой чашке, они, даже предварительно не сполоснув, окунули их прямо в котел, где варилась пища. Ни один из них не придал значения, что в чашках - непроваренное, почти сырое мясо и овощи. Неряхи отломили себе хлеба от большущей двухметровой булки и окунули в деревянную лохань полуталого масла, стоящую на подоконнике под самым солнцем. Еще обращал на себя внимание большой железный сундук с разными фруктами: яблоками, апельсинами, гранатами, арбузами и опунциями. Очевидно, кормили рабов хорошо. В кухню вошел рослый рыжеволосый человек. Было ясно, что он принадлежит к сословию слуг, но за что-то приговорен к рабству. Вид у человека был сердитый, насупленный. Не взглянув на Найла, он хватанул из умывальника чашку, помыл ее и торопливо наполнил супом. В отличие от рабов, он позаботился окунуть половник на самое дно котла Найл настроился на его мысленный лад - с помощью медальона, оказывается, это удалось гораздо проще - и обнаружил, что человек озабочен единственно тем, что проспал, а через десять минут предстоит отчитываться по работе. Человек - звали его Лоррис - отсек от булки краюху и принялся жадно уплетать. Настроение у него было такое мерзкое, что, отведя свой мысленный зонд, Найл испытал даже облегчение - мысли были подобны неприятному запаху. Управившись с супом, Лоррис словно впервые увидел Найла. - Тебя за что сюда? - спросил он. - Пререкался со служительницей. А тебя? - Просыпал постоянно, - ответил тот, наливая себе добавки. - Я только прибыл, - слукавил Найл. - Здесь есть кто из старших? - Морлаг, в здании "К-2". - А где это? Тот указал рукой. - По улице и сразу налево. - Спасибо. Выйдя на улицу, Найл обнаружил, что многие рабы теперь тянутся в одном направлении. Однако попытки прощупать их мысли вызывали унылое отчаяние. Умственной деятельности в нормальном смысле здесь, считай, не наблюдалось. Эти полулюди существовали по заведенному распорядку, и каждый расценивал себя просто частичкой толпы. Они двигались, словно лунатики-сомнамбулы, как если бы Найл брел среди стаи муравьев в человечьем облике. Когда миновали тот дом, где он обнаружил труп, обоняние резанул смрад, а из рабов никто даже носом не повел, что убился-то один из их числа. |
