— Молодец! — крякнул господин, и криво усмехнулся — Надо было и руку сломать!

— Он и сломал. После. А также отбил ему гениталии и сломал нос.

— Хмм…интересно. Значит, сын Главы Клана Сергаль не уважает императорскую кровь? Нет ли в этом отголосков бунта? Дети слышат то, что говорят родители, но в отличии от них не могут держать в себе тайну. Составь доклад, изложи все подробно. Обязательно — про то, что Драдан плевал на кровь Клана Императора.

Господин задумался, кивнул каким-то своим мыслям, продолжил:

— Значит, он ударил только тогда, когда этот мальчишка оскорбил Императорский Клан?

— Именно так. Доподлинно известно. Далее друзья Драдана попытались схватить бастарда и наказать за нападение. Со слов свидетелей — Эдвин бил их так профессионально и с такой силой, что одного удара хватало, чтобы выбить дух. Но он не успокаивался, и если видел, что они шевелятся — добивал, руками и ногами, а также подручными средствами, как-то: блюдами, кувшинами, а одному, самому активному, воткнул в зад двузубую хлебную вилку.

— Ха ха ха! Вилку?! Ну, молодец! Хорош, что еще скажешь…очень хорош! Там ведь и постарше были?

— Были. Прибежал брат одного из побитых, ему четырнадцать лет. Он как раз впервые участвовал в бальных танцах. Так вот бастард швырнул его через себя каким-то хитрым приемом, и тот сломал себе три ребра, ударившись о край стола. Утихомирили бастарда только гвардейцы, угрожая ему копьями. Впрочем, он и не сопротивлялся.

— Мда… — протянул господин — Грех не использовать такие умения! И кстати, видишь, как я был прав, когда говорил, что живой бастард лучше мертвого? Что он поможет выявить ересь и бунт в среде аристократии! Вот Сергаль и раскрылся. Хорошо! Удачно вышло. Итак: полный доклад мне на стол, как и показания свидетелей. Убитых нет? Нет. Ну и хорошо. Пусть это будет детской дракой. Дети всегда дерутся, и глупо ограничивать их возню. И…найди Учителя. Да, да — того самого. Пригласи его ко мне для беседы. Будь уважителен. И на завтра, в полдень — бастарда с его матерью. Хватит ему бездельничать, пусть учится. Кстати, ты спросил его, где он научился драться?

— Спросил. Он сказал, что читал книги, в том числе старые, отыскивал там приемы единоборств и разучивал в одиночестве. Про мать ничего не сказал.

— Может и специально не сказал…а зачем он будет про нее говорить? Всю, иди. К завтрашнему дню доклад должен быть у меня.

Глава 11

Спал я тревожно. Болела голова после приема проклятого снадобья, мелькали картинки из прошлой жизни. Вернее — из прошлых жизней. Почему-то приснилась «здешняя мама» в шортах и майке. Вроде как мы с ней шли по широкой улице мимо витрин магазинов, и моя голова была аккурат ей в подмышку. А мимо проносились машины, навстречу шли девчонки со смартфонами возле уха, а я предвкушал покупку нового телефона — мама обещала! Глупый сон. Смесь всех моих воспоминаний.

Жаль мне «здешнюю маму». Хорошая была девчонка, это точно. Прожила совсем ничего…двадцать с небольшим лет. Меня не было с ней, когда она умирала. Меня после драки на балу увезли, и поселили в глухом поместье, где я общался только со слугами, и с теми, кого ко мне допускали. На целых восемь лет моим главным собеседником (если не считать других учителей), стал Учитель.