— На лекцию пойдем…сейчас колокол ударит — фыркнул я, совершенно не представляя себя в роли героя-любовника.

— Так что Верге ответить? Будешь с ней разговаривать? — крикнул мне вслед Керл.

— Так я и не переставал с ней разговаривать! Это она со мной отказалась говорить — ответил я на ходу, и поспешил войти в аудиторию. Только я вошел, занял место в середине ряда — и ударил колокол, возвещающий начало занятия. Вовремя успел. Терпеть не могу опаздывать.

***

Меня вызвали в ректорат после окончания последней лекции, на которой нас учили, как нужно вводить себя в транс, и вообще — зачем это нужно. В транс я входить умел, и получше чем многие из магов. Это почти что первое, чему научил меня Учитель. Казалось бы — какое отношение имеет это умение к искусству убивать? А самое прямое. Тот, кто входит в транс — не промахивается. Тело действует автоматически, и значит — не допускает ошибок. Кроме того, человек, находящийся в трансе, может драться даже получив смертельную рану — до тех пор, пока не истощатся его жизненные силы. Он не чувствует боли, его не отвлекают внешние раздражители, он ничего не боится. Транс — это не только, и не столько состояние организма подобное сну. Это особое форма восприятия мира, когда ты отбрасываешь все чувства, все желания — кроме одного: сделать то, что обязан совершить. Убить, и остаться в живых. Так что меня не надо учить вхождению в транс, я сам могу кого хочешь этому обучить. Потому всю лекцию я в полудреме наблюдал за передвижением преподавателя у демонстрационной доски. Вернее — преподавательницы, ибо это была женщина. Та самая женщина, красотка, которая присутствовала на испытаниях объекта под названием «Эдвин Ольгард». Как оказалось, ее имя Содия Альфарец, и специализация дамы — магия воздуха и психология. Соответственно, она читала лекции воздушникам, и тренировала студентов в медитации, и всякой такой латате.

Следить за дамой было приятно — великолепная фигура, круглая попа, торчащая грудь и очень красивое, холеное лицо — все это способствовало концентрации внимания на ее организме. Собственно на медитацию оставшегося интереса не хватало. Сдается, что преподавателям вроде нее надо запретить работу в Академии, или заставить портить свою внешность дрянной одеждой и уродливым макияжем. Иначе кроме как к слюноотделению (и не только) у половозрелых, мечтающих о сексе подростков ее лекции не приведут.

Отвык я вот так учиться. Аудитория, студенты, преподаватель…прямо-таки ностальгия по молодости. Хмм…той, молодости, прежней. Хоть и уже привык жить в этом мире, а все равно нет-нет, да и закопошится в душе червячок ностальгии, тоски по родному дому. Здесь все чужое, не мое… А иногда вообще вдруг кажется, что это не настоящее, вроде как живу в игре. Вот только боль и кровь настоящие, не игровые.

— Студент Ольгард! Вы же студент Ольгард?

Оглядываюсь — девушка, миленькая такая — небольшого роста, ниже меня сантиметров на десять, и очень, очень приятная. Секунды две вспоминал, где же ее видел. Вспомнил — в канцелярии! Сидела в углу, когда я оформлял бумаги. Видимо что-то вроде офисной девушки, которая и за кофе сбегает, и за пирожками, и курьером поработает.

— С утра был студентом Ольгардом — колюсь я, и тут же добавляю — С кем имею честь разговаривать? Кто вы, благородная дама?

— Хмм… — девушка слегка зарделась, поклонилась, уставившись взглядом в пол — Я простолюдинка, господин Ольгард.