– Да я же прекрасно себя чувствую! У меня же не как прошлый раз, депрессии нет, я бодрый, энергичный! У меня дел невпроворот! Мне деньги сами в руки идут!

– Сергей Михалыч, советую вам добровольно согласиться. Иначе если вас будут госпитализировать по суду, то пролежите, минимум, полгода. А так, месяца полтора – два и вы снова на свободе.

– Ладно, согласен.

И вот все тоже, печально знакомое четырнадцатое отделение, наблюдательная палата. Страсть, как хотелось душевно поговорить, но подходящих собеседников не было. Санитарка сходу осадила его: «Так, а ну-ка ложись, пока не привязали!». Лежавший на соседней койке молодой человек показался достаточно интеллигентным и перспективным в плане интересного общения. Но после попытки заговорить с ним, он убедительно пообещал Сергею Михалычу откусить нос. В общем, обстановка была невыносимой. К счастью, ему сделали укол, после которого пришел хороший мирный сон.

Лечение шло своим чередом. Настроение уверенно приходило в норму. Но эта норма пугала его тем, что с жестким и безжалостным реализмом, всплывали в памяти его прежние «чудачества». Страшило понимание, что, занимаясь глупостями, практически в никуда растратил деньги, обидел свою Светлану, да и сам опозорился. Единственное, что радовало, так это удачный возврат золота из ломбарда. После того, как Сергея Михалыча перевели из наблюдательной палаты в обычную, Светлане разрешили прийти к нему на свидание. И вот тогда он сказал адрес ломбарда и выкупную цену. К счастью, срок еще не вышел и фамильное золото вновь вернулась к ней.

Через полтора месяца Сергей Михалыч был выписан с диагнозом «Биполярное аффективное расстройство. Маниакальная фаза». Работает он теперь подсобным рабочим на кабельном заводе и ни о каких бизнес-идеях, к счастью, не помышляет. Во всяком случае, до следующей мании.

Все фамилии, имена, отчества изменены.

Странная любовь

Сергей Пискунов, 24 года. Образование высшее экономическое. Работает менеджером по продажам в коммерческом банке. Холост, живет с мамой. Ранее, ни в каких отношениях с психиатрией замечен не был.

Все началось четыре дня назад. Весь мир вокруг, вдруг изменился. Появилось стойкое чувство идущей отовсюду угрозы. Да и как ему не появиться, если буквально все окружающие, загадочно и откровенно недобро на него смотрели? Но ладно бы просто смотрели, так они же еще и намеками говорили о том, что его ожидает что-то очень нехорошее. Вчера вечером, когда он ехал в автобусе, сидевшие сзади него женщины несколько раз повторили цифру «пятьдесят шесть». И Сергей сразу понял, что этот разговор велся только ради него. Ведь «пятьдесят шесть» – это номер его квартиры. Сразу появилось чувство, будто его ледяной водой облили. До него вдруг дошло, что уже начались откровенные угрозы. Им все о нем известно. А это значит, что они с мамой, в лучшем случае, могут лишиться квартиры, а в худшем – жизни. Нет, надо что-то срочно предпринимать. Вот только что именно? В полицию обратиться? Ну а что там сказать? Ведь недобрые взгляды и намеки к делу не пришьешь. Прямо безысходность какая-то. От всего этого, настроение опустилось ниже плинтуса, ни есть, ни пить не хочется.

Сегодня работалось тяжко. Точнее сказать, совсем не работалось. Ну а как иначе, если уже с утра пораньше, начались угрозы. Сначала в маршрутке, какой-то мужик с бандитской рожей, почти в упор его разглядывал, но при этом, старался избегать встречи взглядами. Потом водитель спросил, выходит ли кто на «Чехова»? И именно тот самый мужик там вышел! Но ведь на этой улице живет мамина сестра, тетя Вера! Что же тогда получается? Теперь не только они с мамой «под колпаком», но и его родственники? И что же будет с тетей Верой? Уж больно злобная рожа у того мужика, прямо вылитый киллер!

Сразу, как пришел на работу, позвонил маме и настойчиво попросил ее узнать, все ли в порядке с тетей Верой.