|
Тимофей Валентинович, вы погостите еще у нас? С вами говорить, что меду пить. К тому же, я и сам в Петербурге на какое-то время останусь.
На этом разговор относительно рубежника был закончен, хотя беседовали еще много: о повышении цен на шкуры букавцов, чуть о государственности, посмеялись о том, как на свадьбе уплетал пироги Юрий Жирный. В общем, поговорили обо всем и ниочем.
Уходил от Великого Князя Трепов полностью довольный собой. Один мальчишка теперь сделает все, чтобы умер другой. А Тимофею Ивановичу лишь останется ждать и смотреть со стороны.
Не видел Дед самого важного. Как изменилось лицо Святослава Пятого, как только он ушел. Слетела с него вся улыбчивость и приветливость, стоило дверям закрыться за гостем. Долго и хмуро смотрел он в окно, раздумывая о чем-то своем. А после позвал молодого ведуна по прозвище Башка, которого приблизил совсем недавно и с которым делился самыми важными соображениями.
— Знаешь, кто это?
— Знаю, Вашей Величество. Дед, он же Трепов, князь и протектор тайного Ордена. Причем, раньше считалось, что Орден служит Великому Тверскому Князю, но на деле он сам по себе.
— Все так. А слышал, про что мы говорили?
— Слышал.
— Что-то задумал старик. Какой-то свой замысел имеет на счет этого захожего. И если уж ко мне полез, значит, действительно что-то серьезное.
— И что делать, Ваше Величество?
— Ты выведай все, что можно об этом рубежнике. Если верить старику, он будто и правда заслуживает внимания. Я же прикажу ему явиться. Дед все о своей выгоде думает, но что, если он против воли действительно прав? Что, если этот захожий и правда тайные поручения выполнить сможет?
На том и порешили.
Конец
|