– Да, – подтвердила я.

– Но остальных-то вы не знаете! Около вас сидит наш сын Гена, – начал Буркин.

Бородатый парень, не переставая есть салат, молча кивнул.

– По правую руку от Геннадия его жена Ира, – продолжал врач.

Сильно накрашенная брюнетка изобразила улыбку.

– Приятно познакомиться.

– Напротив вас сидят Володя, брат Гены, и его супруга Люба, – объяснил Алексей, – они кондитеры.

– Надеюсь, вы любите пирожные, – сказал парень.

– Не люблю, а страстно их обожаю, – ответила я.

– Наш человек, – обрадовалась Любовь.

– Рядом с Еленой Матвеевной сидят Верочка и Олечка, – сообщил Буркин, – они тоже члены нашей семьи.

Присутствие в доме этих двух женщин было для меня полной неожиданностью. Помню, как Буркин объяснял нам, что в особняке живут только он с женой, сыновья, невестки, две маленькие девочки, домработница Наташа и тесть Матвей Николаевич. Вторая горничная Анна приходящая. Про Веру и Олю речи не было.

– Меня назвать забыл, – воскликнул пожилой мужчина, – хоть мы и виделись утром, да напомнить обо мне надо. Зовите меня просто: дядя Мотя. Лена моя дочь, мальчишки – внуки, девчонки – внучки! Я имею в виду Любку и Ирку! Первая вежливая, но себе на уме. Вообще непонятно, о чем она думает!

– Папа, сегодня к ужину сделали твою любимую картошечку, – перебила старика Елена, – запекли в духовке с красным перцем и чесноком.

– Фу, – скривилась Ирина, – он такой вонючий!

– Ничего себе! – возмутилась Вера. – Красиво ты о дедуле высказалась!

Ирина чихнула.

– Вообще-то я говорила о чесноке! Дед его поест, а у меня нос парализует! Ну зачем столько едкой пакости жрать?

– Я от гриппа и разного другого вируса берегусь, – объяснил старик.

– Удивительно, как люди реагируют на разные запахи, – сказала хозяйка дома, которая только что вышла из кухни с подносом в руках, – если Алексей надушится своим любимым одеколоном «Аква ди Парма», я начинаю кашлять так, словно подцепила коклюш. Мне от этого аромата становится просто дурно.

– Вот поэтому я всегда пользуюсь им в машине, – улыбнулся хозяин.

Елена начала расставлять чашки. Каждому досталась кружечка с картинкой. Алексей Николаевич получил с изображением котов, Гена – с аистом, Ира с той же птицей, но в шляпке. Перед Володей поставили чашку с лисом в камзоле, перед Любой такую же, только лиса была в розовой шляпке и сарафане. Верочка и Олечка стали обладательницами больших бокалов, на которых запечатлены в разных позах медведи. А у меня был ослик в цилиндре с пером.

– Какие красивые, – восхитилась я.

Елена Матвеевна улыбнулась.

– Спасибо, Луизочка. Дети и муж смеются надо мной из-за любви к фарфору с рисунками. А мне это очень нравится.

– Никогда не смеялась над тобой, – возразила Люба, – я в восторге от кружек по мотивам сказок Беатрис Поттер.

– И я тоже, – обрадовалась хозяйка, – но это просто сервиз со зверушками.

Я подключилась к беседе:

– У каждого из вас своя?

Матвей Николаевич поднял чашку.