— Двуногий… Двуногий, он жесток без причины… Йарра принесла из ближайшего ручья воды, Грым напился. Потом сказал:

— Одно хорошо… Сегодня с утра в последний раз грибов нажрался.

— Откуда? — автоматически спросила Йарра. Грым виновато отвел глаза.

— Была у меня связочка, в берлоге, про запас. Ссохлись совсем, еле разварил.

Йарра заплакала. Грым некоторое время тупо рассматривал рваные раны в своем животе, словно бы опасался, что любимое лакомство может выползти наружу. Потом вдруг сел прямее и сказал почти ровным голосом:

— А теперь слушай меня, девочка моя. И не перебивай. Я не твой отец, и Мамаша — не твоя мать. Дело было так…

Йарра слушала нехитрое повествование Грыма, всем телом ощущая, как с каждой фразой из его некогда могучего тела вытекает жизнь. Когда он закончил, девушка спокойно кивнула:

— Я знала. То есть, догадывалась… Значит, Арахнида…

— Последняя Арахнида. Ну, прощай. Немедля уходи. Не знаю, куда. Мир большой, а двуногих, по счастью, мало. Я убил Распознающего, этого Долина не простит. Все… Так много слов…

Йарра некоторое время смотрела на поникшую голову Грыма. А потом вцепилась ногтями в мох и закричала, дико и страшно.

Потом девушка принесла тело вора в его берлогу. Крови он потерял так много, что у нее после этого похода еще хватило сил, чтобы завалить камнями вход в земляной дом, ставший усыпальницей. Постояв немного без тени мысли, она шепотом повторила последние слова Грыма:

— Так много слов…

Арахнида двинулась в путь. Она собрала свои нехитрые вещички. Подумав немного, не стала брать ничего из добра, накопленного Грымом, кроме, разумеется, оружия. Добытые воровством предметы девушка отнесла к усыпальнице и сложила у входа, еще раз попрощавшись со своим спасителем. И единственный раз за жизнь громко сказала:

— Отец.

Так кончилось отрочество Йарры, и начались скитания последней из Арахнид.

Отправляясь в путь, ведущий неведомо куда, девушка не знала, что на нее началась настоящая охота. Неутомимый Дарий, не дождавшись прихода Кира в Школу, прочесал лес и вскоре наткнулся на труп Распознающего. Следы убийцы вели к усыпальнице. Там он точно понял, что имеет дело не с мужчиной. А других одичавших девиц в Долине не было. Заговор заговором, но убийство Распознающего прощать никто не собирался. И если Грым, сотворивший такое, был уже мертв, оставалась Йарра, которая, судя по следам, была на месте преступления.

Вскоре на девушку началась настоящая охота.

Йарра задержалась с уходом. Во-первых, она не сразу решила прятаться в Урочище. Во-вторых, решила навестить развалины дома, в котором выросла. Так что, когда девушка вернулась назад, ей уже отрезали кратчайший путь на юг.

И началась страшная игра в лабиринте озер и болот на восточной оконечности южных лесов. Йарра кралась ночами мимо поселков и временных стоянок воинов Долины, а днем отлеживалась в укромных местах. Сейчас и речи не могло идти о том, чтобы практиковать найденные на глиняных табличках танцевальные фигуры. Однако, каждый шаг, который приближал ее к Урочищу, давал ей новые силы. Девушка не могла этого почувствовать, но то, что было в ней от обычного человека, медленно съеживалось, уступая место самой настоящей Арахниде.

И Дарий ломал себе голову, не понимая, как отряд опытных воинов, равный численностью воинству великого Сима, расправившегося с целой тайной сектой, не может поймать одну единственную девчонку, пусть и выросшую в степях и лесах.