Продукты заканчивались, поскольку корабль почти неделю пробыл в море, поэтому девушка приготовила кеджери из остатков рыбы и добавила к нему несколько сваренных вкрутую яиц.

Верена с тяжелым сердцем возила по тарелке еду, которую приготовил для нее и остальных членов команды Джек. Она слышала, как матросы шумят в столовой. Они радовались долгому отпуску на берегу — маркиз сказал им, что корабль простоит в доке по меньшей мере два, если не три дня.

Раньше Верена надеялась, что проведет это время наедине с маркизом. Он обещал показать ей места, в которых не бывают туристы. Помимо множества других достоинств, маркиз говорил по-гречески, и Верена с нетерпением ждала случая увидеть афинян в привычной для них обстановке.

«Увы, теперь этого не произойдет», — вздохнула девушка, собирая тарелки в раковину.

— Кгм-кгм, — послышатся у нее за спиной кашель.

Девушка резко обернулась и увидела маркиза, стоявшего на пороге камбуза и слегка прикрывавшего рот рукой.

— Э-э, Верена, я хочу, чтобы вы отправились со мной на прогулку, — сказал он, отказываясь отвечать на ее взгляд. — Я хочу вам кое-что показать.

Сердце девушки забилось быстрее — это было то, что ей так хотелось услышать. Она мгновенно воспрянула духом и тут же взяла себя в руки.

Интригующее предложение может оказаться вовсе не тем, о чем она подумала.

— С удовольствием, милорд, — ответила она официальным тоном.

— Хорошо.

Маркиз казался неловким, совсем не таким, как во время их долгих вечеров вдвоем.

— Переправа на берег отходит через двадцать минут. Советую вам захватить какой-нибудь головной убор — мы посетим церкви, входить в которые с непокрытой головой считается оскорбительным среди местного населения.

— Конечно, — ответила Верена.

Ей хотелось скакать и танцевать, но, все еще страдая от внезапной холодности маркиза, девушка не позволила себе поддаться эмоциям.

Вернувшись в каюту, она переоделась в белое муслиновое платье и вытащила из чемодана тонкий шарф.

«Мне крайне необходима новая одежда, — сказала она себе. — Нужно взять с собой денег на случай, если там будут магазины или портнихи. Если мы пробудем здесь несколько дней, я вполне могу что-нибудь заказать».

Верена отсчитала несколько монет и банкнот по одному фунту стерлингов и аккуратно сложила их в черный шелковый мешочек. Она была уверена, что маркиз подскажет, где можно поменять английские фунты на драхмы: неподалеку наверняка будет какой-нибудь банк.

Когда Верена поднялась на палубу, маркиз уже ждал ее у каната.

— Боюсь, придется перенести вас через борт и опустить в лодку, — мрачно сказал он.

Двое матросов помогли Верене забраться в шлюпку. Она обеспокоенно села на тонкую доску, которая и была сиденьем лодки, и затаила дыхание.

— Теперь будьте осторожны, миледи, — крикнул один из мужчин, начиная крутить лебедку.

Верена не могла смотреть, как шлюпку медленно опускают на канатах. Она сосредоточила взгляд на Парфеноне, пока шлюпка со скрипом и шатанием опускалась на воду.

— Осторожно, миледи! — послышался крик с лодки. Верена пришла в себя, когда матрос зафиксировал канат.

Робко переступая в движущуюся лодку, девушка вскрикнула, поскользнувшись на мокрых досках.

— Верена, с вами все в порядке? — крикнул с палубы маркиз.

— Да, спасибо.

Через несколько минут маркиза также спустили к переправе. Он точным движением перешагнул из шлюпки и присоединился к Верене.

— Готовы плыть, милорд? — спросил матрос на лодке.

Маркиз кивнул в знак согласия, и матрос принялся грести к берегу.