Звонок телефона весьма кстати прервал ее мысли, и она с облегчением схватила трубку.

— Ой вэй, что это за ужасы мне рассказали? Неужели на тебя действительно напали прошлой ночью? — выпалила Мириам. — С тобой все в порядке? А этот гонифф — он за решеткой?

— Я в порядке, а он в участке. Это был мистер Гарднер.

— Тот самый пройдоха подрядчик? Я должна была догадаться. Я его сразу невзлюбила. У него такой… скользкий взгляд. А что с мишками? Он до них не добрался?

— Нет. К тому же он заявляет, что прошлой ночью в мастерской был кто-то другой. Твердит, что не кромсал мишек, хотя и собирался вымазать их краской.

Дженни не понадобилось особое знание идиша, чтобы понять, что Мириам посылает Гарднеру проклятия. Чуть-чуть успокоившись, Мириам спросила:

— А ты ему веришь — ну, что не он порезал тех мишек?

— Не знаю…

— Мне все это не нравится, Дженни.

— Я тоже не в восторге, Мириам, — сухо отозвалась Дженни.

— А что говорит Рейф?

— Да он молчит. Вообще, нужно признать, он вел себя замечательно. Не стал вытряхивать из меня душу за то, что я среди ночи оказалась в мастерской.

— А он как считает — этот гонифф Гарднер врет?

— По его мнению, второй негодяй может шататься где-то рядом.

— На кой черт тогда нужна система сигнализации? — возмутилась Мириам.

— Боюсь, тут есть часть и моей вины, — удрученно сказала Дженни. — В качестве шифра я использовала дату своего рождения. Мистеру Гарднеру не составило труда узнать, когда я родилась. Он попытался открыть — и попал в точку.

— Мне казалось, ты сменила шифр.

— Верно. До этого я использовала свое имя. Укладывая меня в постель вчера ночью, Рейф прочел мне лекцию на эту тему. Теперь-то я придумаю шифр, который будет не просто угадать.

— Рейф уложил тебя в постель? Похоже, хоть что-то хорошее из этой суматохи вышло, — заметила Мириам.

— Он был просто очень добр ко мне.

— Ну, разумеется. А гора Вашингтон — просто скромный пригорок, — насмешливо заметила Мириам. — Неужто ваши с Рейфом проблемы еще не закончились? Ты, конечно, можешь сказать, что я слишком любопытна и сую нос не в свое дело…

— Ты слишком любопытна и суешь нос не в свое дело, — с чувством отозвалась Дженни, зная наверняка, что подруга поймет ее и не обидится.

— …но я все равно считаю, что тебе пора прекратить все это и следовать голосу сердца.

Совет Мириам, конечно, хорош, размышляла, повесив трубку, Дженни, но все далеко не так просто. Да, Рейф вчера ночью искренне тревожился за нее и радовался, что с ней все в порядке, но он обращался с ней как с сестрой или с ребенком, когда укладывал в постель. Разве так ведет себя влюбленный мужчина? А откуда ей знать? Рядом с ней никогда не было влюбленного мужчины, так что опыта у нее никакого. Что касается Рейфа, она блуждала в потемках.

Когда Рейф вчера ночью, в мастерской, прижал ее к себе, ей почудилось что-то новое в его объятиях. Чувство другого уровня. Может, любовь?

Этого Дженни не знала. Но она точно знала, что не может сидеть в спальне и копаться в мыслях целый день. И так уже пошла вторая половина субботы.

Она приняла душ, вымыла волосы и, чтобы поднять себе настроение, надела длинную ярко-красную рубашку из мягчайшего вельвета на кнопках. К рубашке нашлись и подходящие черные брюки. Прежде чем спуститься на первый этаж, она спрятала записку Рейфа в потайном кармашке своей сумочки, рядышком с кулоном, который он подарил ей на свадьбу.