Тут надо сказать, что Иван Степанович Прусаков совершенно напрасно подтрунивал над бывшим фрезеровщиком Зятевым. Дела у того неожиданно пошли в гору, что было связано и с удачно нанятым финансистом, то есть Галиной Романовной Вербицкой. Очень скоро предприятие Зятева выползло из антисанитарного подвала, в котором начинало свою деятельность, и переместилось в помещение закрывшегося за ненадобностью магазина детского белья. Поскольку никакого белья, ни детского, ни взрослого, в Григорьевск давно не привозили, то городские власти сдали помещение магазина в аренду развернувшему бурную деятельность фрезеровщику.

Дальше – больше. Из магазина сначала образовалось кафе, торгующее собственной выпечкой, а потом – ресторан, который удачливый предприниматель Зятев, «ностальгируя» по славному заводскому прошлому, скромно назвал «Фрезой». Поскольку к тому времени ни один ресторан Григорьевска не сумел развернуться так широко, как зятевский, в карманы бывшего фрезеровщика деньги потянулись нескончаемым потоком. Впервые сумасшедшие деньги оказались в руках у Галины Романовны. Ей к тому времени было уже пятьдесят пять.

Выйдя однажды из своего личного кабинета в ресторане «Фреза», она вдруг с удивлением обнаружила, что улицы Григорьевска непостижимым образом изменились: отовсюду лезли в глаза яркие рекламные щиты, назойливо и призывно мигали разноцветными лампочками-миньонами огромные вывески новых магазинов, салонов красоты, игорных залов и прочих заведений. Галина Романовна от удивления и священного ужаса вжала голову в плечи. Жизнь определенно шла мимо нее, странным образом обтекая стороной. Все это время оно будто бы ходила на работу в ресторан «Фреза» совсем другими улицами. Она никогда не замечала, что рядом с зятевским рестораном расположился новый кинотеатр «Пинч» с каким-то там стереозвуком. Она еще раздумывала над странным названием кинотеатра, а глаза уже нашли переливающуюся оранжевым и густо-фиолетовым вывеску «Бутик „Шарм“. Галина Романовна нечетко представляла себе, что такое „бутик“, но догадывалась о значении слова „шарм“. Что ее потянуло в этот „Шарм“, она не знала, но почему-то взобралась на крылечко и открыла дверь заведения. Над ее головой раздался приятный перезвон колокольчиков, а в нос ударил резкий запах парфюмерии. Галина Романовна духов никогда не употребляла, а потому хотела было шагнуть назад, но перед ней, как из-под земли, выросла хорошенькая девушка-продавщица новой формации, о наличии каковых в Григорьевске главный экономист ресторана „Фреза“ даже и не подозревала.

– Проходите, пожалуйста, – приветливо пригласила Галину Романовну девушка, на груди которой была приколота табличка с именем Елизавета, и зачастила: – Какие ароматы вы предпочитаете? У нас большой выбор! Вчера привезли туалетную воду от «Нugo Boss» и «Dolce & Gabbana». «Dolce & Gabbana» – как раз для вас! С густым сладким ароматом! Вам понравится!

Галина Романовна хотела сказать, что ей вообще не нравится, когда от женщин несет, как из парфюмерной лавки, но Елизавета уже совала ей в нос длинную полоску бумаги, пропитанную туалетной водой. Главный экономист ресторана «Фреза» аж отшатнулась от сбивающего с ног аромата. Продавщица ничуть не растерялась и поднесла в носу потенциальной покупательницы другую ароматную полоску. И Галине Романовне вдруг понравился запах.

– Как называется? – очень заинтересованно спросила она.

– «Light blue».

– Это… что-то легкое… голубое?

– Ну да… Что-то в этом роде! Видите, даже коробочка голубая! Фирма «Dolce & Gabbana».

Галина Романовна взяла в руки нежную бархатистую коробочку и несколько минут вертела в руках, хотя уже понимала, что непременно купит эти духи.