Глава двадцать седьмая

Фарух безуспешно пытался связаться с Корнеем, который пропал, словно в воду канул. Со всех сторон поступали противоречивые сведения, Корней метался по городу, но куда бы он ни приезжал, всюду уже кто-то побывал, опередив его. И всюду была кровь.

Каким-то образом в деле оказались замешаны люди Трифона, а Фарух прекрасно знал, что Трифон представляет в Москве его старого конкурента и личного врага Шейха.

Вообще творилось что-то непонятное.

Фарух сидел за столом, лицом к окну, спиной он мог позволить себе повернуться только к Султану, который стоял у двери, словно изваяние.

Фарух пил мелкими глотками черный кофе, за окном была уже поздняя ночь, но ему было не до сна. Время шло, а ни товар, ни деньги он так и не смог вернуть. Впрочем, деньги волновали его далеко не в первую очередь. Его больше беспокоил товар. Если он выйдет на улицы, это гибель сотен, а возможно и тысяч людей.

Конечно, по большому счету Фаруха не очень волновали чьи-то жизни, товар, деньги, все можно восполнить, в его бизнесе проколы неизбежны, но если на улицах, вместо наркотика, окажется опытное сырье для его приготовления, и это приведет к большим жертвам, тогда на Фаруха обрушится всей мощью государство. Тогда ему не помогут никакие покровители. И выход только один: либо прямо сейчас бросить все, и бежать за границу, где его не особо жалуют тамошние поставщики и наркобароны и наркошейхи, либо вернуть товар.

А вот как сделать это, Фарух не знал.

Его размышления прервало ровное жужжание радиотелефона, лежавшего на журнальном столике.

— Послушай, Султан, — вкрадчиво попросил Фарух, не оборачиваясь.

Султан оставил в покое неизменные четки и мягкими шагами подошел к журнальному столику. Взял в руки радиотелефон.

— Слушаю, — бесцветным голосом сказал он в трубку.

Он слушал, практически не меняясь в лице, только чуть изогнулась бровь. Молча выслушав, он сказал:

— Ждите, — прикрыл трубку ладонью и проговорил в спину Фаруха. — Возле Рязанского шоссе найден сгоревший «мерседес» и тела двух людей Каракурта, которые должны были получить деньги.

— Что из этого следует и кто это говорит? — обернулся Фарух.

— Кто говорит? — спросил Султан в трубку.

На этот раз даже он не смог скрыть удивления на всегда бесстрастном лице:

— Это Шейх, — сообщил он Фаруху.

Тот резко встал из-за стола, едва не опрокинув чашку с недопитым кофе.

— Сам Шейх? — спросил недоверчиво он.

— Говорит, что да, — ответил неопределенно Султан.

Фарух покачал головой и подошел к телефону. Султан хотел было выйти за двери, но Фарух сделал ему нетерпеливый жест остаться. Султан покорно застыл у дверей, перебирая четки, отсчитывая свои бесконечные молитвы.

— Слушаю, — несколько недоверчиво сказал Фарух, и в тот же момент лицо его преобразилось, разгладились морщинки, он заулыбался и засиял. — Чем обязан такой чести? Мне говорили, что вы, уважаемый, за что-то в обиде на меня, но, аллах свидетель, ни в чем я не покушался на ваши интересы. Мы с вами, уважаемый, торгуем на одном рынке, а на рынке каждому торговцу места хватит. Не так ли? Я рад, что вы со мной согласны, уважаемый. Так чем я обязан? Да, мне передали. Но откуда такие сведения? Чтооо?! Каракурт ваш человек?! Он работал на вас? Так в чем дело? Он предатель? Он убил вашего человека в Москве? Кого? Рамиза? Не знаю такого…

Султан сбился со счета, и опустил четки, когда услышал имя своего брата. Но он ничего не сказал, прикрыл глаза и продолжил перебирать четки, внимательно вслушиваясь в дальнейший разговор.