— Что вы имеете в виду?

— Это его гложет, и все! Его все гложет.

— И достаточно, чтобы отклонить предложение, которое уладит его долг…

— Ему все равно.

— …позволит ему сорваться с крючка…

— Все равно.

— …и освободит его от дальнейших судебных расходов.

— Этот человек не думает обо всем этом.

— Вы действительно думаете, что он готов перерезать себе горло, лишь бы только?..

— Сначала мое горло, — пояснил Вард.

Патриция недоумевала, почему милейший доктор Спинальдо большую часть разговора обращался к Сюзан Хоуп, а не делил свое внимание между ними поровну. Или этот добрейший доктор верил, что Мэттью и Сюзан все еще женаты? Неужто он верил, что святые брачные узы вечны и нерушимы, и став однажды мужем и женой, они остаются мужем и женой навсегда? Да, его манера была несомненна: он обращался с Сюзан, как с женой, игнорируя Патрицию, как…

— …в его состоянии нет заметных изменений, — говорил он Сюзан, все его тело было развернуто к ней, а спиной к Патриции. — Его жизненные показания по-прежнему устойчивы, его реакция на все используемые стимуляторы остается неизменной. Вы должны понять, миссис Хоуп, что мы имеем здесь дело с альтернативным состоянием сознания, когда состояние выживания и состояние комы находятся на противоположных концах поведенческого континуума. Ваш муж еще не выжил, но и не находится в коме. Другие две точки этого континуума это летаргия и ступор. Мы используем термин «ступор», чтобы определить состояние пациента, когда он может быть пробужден только сильными и частыми стимуляторами. Я бы предположил, что состояние вашего мужа находится больше в континууме, чем в ступоре. Полукома — это в высшей степени ненаучный термин, и я испытываю отвращение к нему. Тем не менее это наилучшее описание его состояния.

— Благодарю вас, доктор, — сказала Сюзан и уже на выходе из комнаты добавила: — Было очень приятно встретить вас, Патриция.

Патриции захотелось придушить ее.

— Мистера Рафферти, пожалуйста, — прорычал Блум в телефон.

— Это Рафферти.

— Детектив Моррис Блум, Калуза, департамент полиции, — представился он.

— Да?

— Мистер Рафферти, мы расследуем дело о стрельбе, которая имела место в ночь на прошлую пятницу.

— В Мэттью Хоупа.

— Вы знакомы с этим случаем, сэр?

— Это все было по телевидению. А вообще я уже думал, когда вы обратились ко мне.

— Почему, мистер Рафферти?

— Я просто рассудил, что вы будете проверять всех, с кем он имел дело в последнее время.

— Правильно, сэр, мы так и делаем.

— И я также полагаю, что вам известно, что он приходил встретиться со мной во второй половине дня в прошлый вторник.

— Именно это и помечено в его календаре встреч, сэр.

— Все верно.

— Мистер Рафферти, я полагаю, если бы вы могли как-нибудь сегодня…

— Конечно, я этого ожидал.

— Какое время для вас удобно, сэр?

— Что, если прямо сейчас?

— Прекрасно, сейчас я жду междугородный…

— Я буду здесь все утро, — сказал Рафферти. — Когда, по вашему предположению, вы освободитесь?

— Можем мы договориться на одиннадцать?

— Прекрасно, буду вас ждать. Вы знаете, где я нахожусь?

— Да, я знаю, где вы находитесь.

Уоррен и Тутс совершали долгую прогулку.