Мэй-кун не моргая посмотрел мне в глаза, как делал это уже не раз. Он ищет сомнения и причины для подобного поведения. Фыркнув, Амур с благоговением посмотрел на тело огромного кота на грави-тележке.

- Честь святого?! Не переживай отшельник. Я чувствую касание мягких лап судьбы. Через пару лет, зов смерти призовет и меня в теплые пески Мурмурании Видеть, как абсолют веры ломает волю мира, уже само по себе награда. У меня есть шесть взрослых бастардов. Нареки их и я позволю использовать себя, как пожелаешь.

Так этот гордый мурмурианец готовится умереть?

- У тебя семь часов. Я нареку всех, кого ты позовешь, когда появится свободное время. Потом…

- Фсс!

Мурмурианец гневно рыкнул на меня.

- Не надо произносить вслух, человек! Такой взгляд я уже не раз видел стоя по колено в крови приговоренных к смерти. Да, они не улыбались, как этот парень с ником над головой. Но я стар, отшельник! Я знаю этот взгляд! Мне плевать, что ты там задумал. Продолжал делать свое дело! Я выполню свою часть уговора.

Даже не имея моих умений и возможностей, он тем не менее можешь ощутить грядущее.

Неловко топчущийся метис, словно щенок искренне улыбался, глядя на меня. Пожалуй, можно продолжить.

- Тебя зовут Йен, “Четвертый”.

Дикий истошный вой всего живого на свалке нёсся к нам со всех сторон в форме волны, искажающей пространство.

Система снова гневается, прося жертву за такое сильное благословение. 

От последней новорожденной крысы, до птиц поселившихся на ветвях живодрева, все кричало и в унисон “Йе-е-е-е—еен…Й-е-н…..Й-е-н..” по нарастающей, восходя к шуму какофонии звуков, переплетающихся и усиливающих друг друга, но все же находящихся в состояние баланса, как сама природа. Все живое в мире приветствовало Принца Жизни.

- Мое почтение, Безграничный. – Йен преклонил колено из уважение, и признания, а не как проявление раболепия – земляне должно ждали вашего возвращения.

- Мне не нужно твое признание, Тот-кто-звался-Адамом-Кедаром-и-Гезихтом.

Божественность позволяет читать души живых существ, видя в них то, что пережил он сам. Смерть, лишения, радость и пути развития. Это словно говорить на одном языке, используя одинаковые понятия. Если не знаешь слов, не можешь смысл того, что видишь.

- Ты трижды мертвый с поразительно сильной волей, признанной самой Жизнью, как фундаментальной составляющей концепции древа миров Тальзеура. Знай, твой талант к развитию, даже выше моего собственного. Способность поглощать плоть живых существ, затем менять на основе генокода свое собственное физическое тело, постепенно адаптируя эфирное… это выше всяких похвал. Размеры конечной формы будут ограничены только силой твоей ментальности и объемом сосуда души. А ментальность ты как раз постепенно, по чуть-чуть развиваешь, пожирая тела существ сильнее тебя самого. Это твой собственный путь для прокачки, Йен Четвертый. Ни один другой тебе, как и Хеоласу с его уникальностью тебе не подойдет. И пожалуй, самое важное…

Обернувшись, я посмотрел на собравшихся.

- Мы другие! Людьми назвать нас уже само по себе сложно. Не ограничивайте себя нормами этики, морали, закона и человеческих стандартов. Как только вы попытаетесь подстроиться под чужие ожидания, ваше развитие остановится. Поэтому, каждого! Я подчеркиваю! Каждого из нас! Ожидает путь одиночки или лидера, за которым идут. Но не того, ведет за собой. Мы! Прокладываем свой путь, идя неизведанными тропами. В этом наше предназначение.

Йен молча поднялся с колена и смотрел на меня, не проронив ни слова. Зачем?! Его отец, Гезихт, отказался от речи, вербальных способов связи, показывая поведением свое отношение к окружающему миру. Само его тело, это словно живой мир, внутри мира Карна.