Грега там, где оставил его Роман, не было. Бежал. Куда? К кому поспешил? К Гамаюнову? К Базу Зотову? Больше всего хотелось удрать из этого Беловодья к чертям собачьим. Но нельзя. Из-за Нади. И из-за Стена.

Колдун направился к домику База. Добрый доктор возник на пороге с какой-то тетрадкой в руке. С сосредоточенным видом Зотов изучал записи. Тетрадь была большая, схожая с амбарной книгой, старинная, с серым переплетом и желтыми страницами, отметил про себя Роман. Что они тут, бухгалтерией занимаются?

Тетради было на вид лет сто, не меньше.

— Какая-нибудь просьба? — Странно, но Баз забыл приклеить к губам улыбку.

— Угадал! Ты знаешь, что ограда сделана из кожи Стеновского? Из него, из живого, Иван Кириллович вырезал ожерелье для Беловодья?

— Мы об этом не говорим, — сказал Баз, не отрывая взгляда от страницы.

— Не говорим… — эхом отозвался колдун. — Почему?

— Это выбор Стена. Он все заранее знал — ему объяснять не надо. Алексей сделал выбор сознательно. Как всегда. Он с самого начала бы посвящен в дела Гамаюнова больше других. Знал, что Гамаюнов изготовляет поддельные бриллианты, а Колодин их продает. Знал, на что идут деньги фонда и что мы разыскиваем по всему миру. Он сам занимался этими поисками. Ему первому было даровано ожерелье. Еще когда проект только начинался. Так что Стеновский все делал по доброй воле.

Роман готов был взорваться. Но справился с собой. Мысленно придушил все просившиеся на язык фразы и сказал спокойно, почти равнодушно:

— В принципе, Стену больше ничто не угрожает. Я починил ограду. Только Лешка мне не верит. Не хочет уходить из церкви. Будь добр, уговори его. Ты умеешь. Он к твоему мнению прислушивается. Ему там, внутри, делать нечего, он теперь меняет Беловодье на свой лад. И зря тратит силы.

Роман хотел дотронуться до База, но тот отшатнулся и загородился амбарной книгой. На картонном переплете был приклеен желтый листочек с надписью фиолетовыми чернилами: «Беловодье». Баз спиной толкнул дверь.

— Идем в дом и поговорим, — предложил добрый доктор.

Внутри было все белым-бело, стены будто осыпаны инеем. Гроздья шаров горели по углам. Пол был тоже белым, с едва приметным голубым узором. Странно, но Беловодье превратило милого База в сволочь. Иван Кириллович, судя по рассказам, тоже когда-то был неплохим человеком, смелым, окрыленным, энергичным. Защищал Лешку в суде, не боялся… А что вышло?..

— В чем дело? — нетерпеливо спросил Роман.

— Неужели ты так быстро починил ограду? — недоверчиво прищурился Баз.

— Я сильный. К тому же перенастроил на себя воду. — Роман умел врать. Впрочем, было бы странно, если бы колдун не умел.

Баз улыбнулся. Только улыбка у него была теперь совершенно иная — холодная, волчья.

— Спасибо, Роман. Ты нам оказал неоценимую услугу.

Глаза у База были ледяные. А в руке сверкнул прозрачный, будто изо льда, нож. Нож с водным лезвием, которое способно перерезать водное ожерелье. А что, если… Дальше думать было не о чем. Колдун прыгнул вперед. Попытался перехватить руку с ножом и вывернуть кисть. Но Баз оказался проворнее. Сюда бы Стена — тот бы справился. А господин Вернон не сумел. В следующий миг Роман оказался на полу, Баз — верхом на нем. Водное лезвие сверкнуло стеклом на солнце. Изгнание воды! Не получилось. Баз был защищен, как коконом, каким-то заклятием. В следующий миг колдун ощутил боль. Баз полоснул по шее, пытаясь срезать Ожерелье. Не распалась водная нить. Лезвие дзинькнуло, ломаясь. Брызнула кровь из порезанной кожи, но нить устояла. Баз на миг опешил, а Роман сумел выдернуть из его захвата правую руку и ударил под подбородок. Баз с него слетел.

До двери было далеко, окно — рядом.