Уллиг, бывший капитан надсмотрщиков, сделал три шага вперед и подал знак носильщикам. Они выстроились за паланкином и наклонили его так, что передняя часть осталась на земле, а задняя поднялась у них над головами. Белые занавески паланкина распахнулись, и тело Сильф скользнуло вниз, к воде. Раздался всплеск. Тело, к которому были привязаны камни, мгновенно затонуло. Еще секунду все молчали, потом Лантур сорвала маску и, раскинув лапы, крикнула:

— Великая королева Сильф умерла! Тотчас Уллиг и Вилс подхватили:

— Да здравствует Великая королева Лантур! Да здравствует Великая королева Лантур!

Крик подхватила толпа водяных крыс. Лантур, улыбаясь, склонила голову. Уллиг жестом призвал всех к молчанию.

— Ну что я могу сказать, мои верные подданные? Я согласна быть вашей королевой!

Вилс и Уллиг уже собирались приветствовать новую королеву, но в этот момент к берегу причалила лодка, и из нее выпрыгнул Моккан.

До этого он только наблюдал за происходящим — он никогда не делал ничего, прежде не подумав хорошенько. Еще с озера он увидел, как тело матери кануло в воду, и понял, что это все означает. Поэтому сейчас, выделив из толпы зачинщиков — Уллига и Вилс, он схватил их и тихо, чтобы никто другой не слышал, прошептал:

— Так-то вы служите, предатели! А теперь заткнитесь и слушайте! Когда я кивну, вы заставите всех кричать вот что…

Лантур чувствовала неуверенность. Из всех ее братьев и сестер Моккан был самым хитрым и умным. Она внимательно смотрела на брата. Белолис приблизился к ней, лучась улыбкой, и схватил ее за лапы, словно выражал радость от встречи.

— моя маленькая сестричка Лантур стала Великой королевой! Как я рад, что вовремя вернулся домой!

Лантур попыталась освободиться от железной хватки Моккана, но он был сильнее.

— Какое счастье, что я возвратился, как раз когда ты провозгласила себя королевой. Увы, увы, я знал, что дни нашей бедной матери сочтены, но она умрет спокойно, зная, что ты осталась во главе нашего клана. Но постой! Я привез прекраснейший подарок для нашей матери, теперь он будет твоим, Великая королева. Пойдем, я покажу его тебе!

Говоря все это, Моккан вел Лантур к краю скалы. Он крикнул крысам, сидящим в лодке:

— Откройте гобелен и раскатайте его. Капитан Уллиг, прикажите принести факелы. Пусть все видят, что я привез издалека, чтобы отметить начало правления Великой королевы Лантур!

Все восхищенно загомонили при виде разворачивающегося полотна, изображающего Мартина Воителя. Стражи, носильщики, факельщики — все смотрели только на него. В этот момент Моккан неуловимым движением столкнул Лантур в озеро. Она завизжала и в панике забила лапами по воде. Наверное, останься она спокойной, ей бы удалось спастись, но судорожные движения привлекли внимание щук, которые привыкли охотиться в этих местах. Вода вскипела под ударами хвостов, и Лантур исчезла. Моккан кивнул Вилс и Уллигу, и те закричали:

— Это знак, знак! Моккан — правитель! Да здравствует Великий король Моккан! Да здравствует Великий король Моккан!

Последний Белолис повернулся к ним, изображая одновременно печаль, удивление и совершенную непричастность к происшедшему:

— Она поскользнулась! Я пытался удержать ее, но не смог. Ничего не смог сделать! Увы! Лантур забрал дух озера!

Вилс и Уллиг снова закричали в толпу:

— Это знак! Озеро решило, что она не может править!

— Да! Пусть правит Моккан! Да здравствует Великий король Моккан!

Вскоре кричала уже вся толпа, и приветственный крик разносился по всему острову.

В бараке рабов выдра покачала головой:

— И эта умерла.