Лисица, морщась от боли, прислонилась к стволу.

— Тогда почему бы тебе самому ничего не придумать, братец? Ты ведь считаешь, что никто, кроме тебя, не в состоянии придумать что-нибудь дельное.

Махнув лапой, Гельтор созвал всех крыс.

— Не злись, сестра. Так уж получилось, но у меня действительно есть идея, и весьма удачная.

Выдра Борракуль подошел к Командору:

— Баргл, который стоит на северной стене, говорит, что их забросали камнями и стрелами. Он считает, нападения можно ждать с минуты на минуту. Сам понимаешь, когда так обстреливают, что головы нельзя поднять, надо думать, враги идут на приступ.

Со своего места возле южного входа в аббатство Командор крикнул Грому:

— Слышишь, приятель? А ты что думаешь? Гром Быстроглаз тотчас отозвался:

— Ха! Старый трюк! Они пытаются нас отвлечь отсюда, чтобы спокойненько поджечь ворота, пока мы бегаем туда-сюда. Борракуль, передай Барглу, чтобы он сидел тихо и под стрелы понапрасну не лез.

Рузвел уловил какое-то движение на опушке. Прицелившись, он пробормотал, обращаясь к Грому:

— Снова полезли! Теперь их уже восемь. Идут по одному и все время останавливаются.

Гром попросил выдру спуститься.

— Тебе лучше уйти сейчас, Командор, пока они еще далеко и не мог т прицелиться.

Командор кивнул Кротоначальнику и его команде, которые держали наготове воду:

— Все готовы?

— Не то слово, как готовы, вурр. Прямо как никогда готовы!

Командор снял засов с ворот и распахнул их.

— Вперед!

Кроты, у которых не было ведерок с водой, выбежали за ворота и стали откидывать от них хворост, а остальные поливали ворота сверху водой. Командор стоял впереди с луком наготове, защищая кротов от нападения. Сейчас враги прошли уже почти половину пути, отделяющего их от аббатства. Гром со своего места на зубцах стены увидел, как они остановились и выстроились полукругом. Ночь вдруг озарилась оранжевым пламенем — это крысы помчались вперед, нацелив копья, обмотанные подожженными тряпками, на ворота.

— Командор, прямо!

Выдра услышала предупреждение. Оскалив зубы, она изо всех сил натянула лук и пустила стрелу в ту крысу, которая бежала прямо на нее. Та грохнулась оземь, пронзенная стрелой насквозь. Когда кроты откинули от ворот все ветки, а сами ворота хорошенько облили водой, они вбежали в аббатство. Последним был Командор, он захлопнул ворота и тотчас закрыл их на засов. Гром опустил свой лук и достал пращу из-за пояса.

— Они подошли так близко, что теперь их можно и камнем достать, Руз. Большие луки больше не нужны.

И не успел Рузвел сказать ему ни слова, как Гром уже уложил первого врага.

— Давайте, мерзавцы, идите сюда! Меня зовут Регууууб!

Следующую крысу сразил Рузвел. Остальные, увидев, что подобраться к воротам не удалось, отбежали обратно, под защиту дерева. Все, кроме одной, которая все-таки упрямо мчалась вперед. И прежде, чем белки сразили ее, она успела метнуть копье. Оно вонзилось прямо в ворота.

— Воды! Воды скорее! — закричал Рузвел.

Командор взобрался на стену, и целый водопад обрушился на опасный огонь. Пламя зашипело и погасло. Рузвел подмигнул Грому:

— Это я на всякий случай, мало ли что, хотя дверь мокрая и навряд ли могла загореться.

Гром снова взял большой лук и положил на тетиву стрелу, прицелился в толстый ствол дерева, за которым прятались враги.

— Ты, конечно, прав. И вообще, пора нам поменяться местами и заставить их защищаться!

Кротоначальник держал огромную охапку хвороста — он подобрал ветки, которые враги собирались поджечь под воротами.