Стальная стрелка обиженно взвизгнула и мгновенно исчезла из виду, увлекая за собой предусмотрительно привязанную веревку. В тот же момент крыша под моими ногами опасно завибрировала от повторного рева взбешенного демона, ему вторил истошный вопль сразу из двух… нет, уже из трех глоток стражников, оборвавшийся на особо высокой ноте. Потом донеслись смачные звуки, будто надвое разрывали мокрое полотнище, чей-то придушенный стон, слабый звук упавшего тела… но я не оборачивалась — убедившись, что веревка держится достаточно крепко, молниеносно закрепила ее на крыше и, наплевав на высоту, с хорошей скоростью помчалась к замаячившей свободе. То бишь, к дворцовой стене, за которой шансов укрыться было больше, чем в роскошном, просматриваемом со всех трех сторожевых башен, саду. Руки так и замелькали перед глазами, перебирая веревку со скоростью, достойной бегового паука, ноги от них ничуть не отставали. Легкое тело почти не натягивало тонкий канат, а вожделенная стена приближалась с поразительной быстротой. Я даже не думала, что со страху смогу так наддать. Да, видно, инстинкты сработали, вот и мчалась я по дрожащей веревке чуть не бегом, словно прирожденный спринтер. Даже начала надеяться, что успею, но, похоже, не свезло: в какой-то момент крыша за моей спиной буквально взорвалась изнутри, выпуская на волю жуткое, призванное и созданное магией существо — оберон в три могучих взмаха крыльев взлетел над дворцом и завис над ним карающим ангелом смерти. После чего мигом приметил мою поспешно улепетывающую фигурку и, издав мстительное шипение, с огромной скоростью ринулся наперерез.

Я неприлично выругалась, уже не стесняясь нарушенной тишины, потому что от рыка этой твари наверняка проснулась вся округа — нечего больше таиться, все равно больше никто не уснет. В последний момент нутром почуяв опасность, я вдруг рванулась и буквально прыгнула вперед. Шага на четыре, если не дальше, и снова намертво вцепилась в веревку, для верности ухватив ее еще и зубами. Меня тут же обдуло холодным ветром смертельной угрозы, острые когти легко мазнули по плечу, играючи вспороли куртку на животе, самым краешком зацепили левое бедро, но схватить и сдернуть меня он все же не успел — я оказалась почти так же скора.

Оберон, разочарованно взвыв, промчался на распахнутых во всю ширину крыльях мимо, а я облегченно вздохнула: промазал, недоумок. Одно плохо: левая нога бессильно повисла, стремительно слабея и роняя вниз тяжелые алые капли, да веревка что-то просела. А потом, в довершении всех сегодняшних неприятностей, опасно задрожала и вдруг с тоненьким треском порвалась надвое. Аккурат у меня под коленями. Тем самым надежно отрезая от возможных преследователей и, заодно, настойчиво утягивая на каменные плиты двора, на которых с такой высоты от меня не останется даже воспоминаний.

Похоже, все-таки зацепило когтем… проклятье!!

Оберон не стал дожидаться, пока я упаду и красиво распластаюсь на дворовых камнях — ловко развернувшись в небе, он с глухим рыком напал снова. На этот раз более прицельно, явно желая поскорее закончить дело. Однако, чрезмерно торопясь, не успел выровняться и в последний миг снова досадно промазал, одновременно сильно толкнув меня плечом и опасно раскачав на немалой высоте. От могучего тычка толстой лапой у меня противно клацнули зубы, захолодело сердце, левая пятка окончательно сорвалась, а правая нога онемела до самого паха. Однако, как вскоре выяснилось, именно это и спасло мою потрепанную тушку от бесславного падения на далекий каменный двор — зашипев от боли, я каким-то чудом перехватила веревку чуть выше, немного сместилась вверх и вместо того, чтобы красиво рухнуть неотесанным бревном, неожиданно полетела совсем по другой траектории. Прямиком на дворцовую стену, используя веревку, как дикари южных земель — зеленые лианы.