Принцесса тоскливо смотрела на Родриго. Слон крепко держал хоботом ее руку. Мост исчез. Пират в последний раз улыбнулся, а потом кровавый водоворот закружил фрегат, и вскоре на его месте уже не осталось ничего, кроме воды. Вода эта была обычного лазурного цвета, кристальная и прозрачная. Как и весь горизонт.

– Может быть, позже мы с тобой найдем тропу, чтобы вызволить его, – тихо сказал Серебряный Слон, но надежды в его голосе не было. Больше всего Принцессе хотелось спрятаться в каюте и поплакать. Но она помнила, что осталась единственным капитаном этого корабля. И должна привести его к берегу.

Дворец Раджи нежился у моря – не черный, как видел Принц в кошмарах, а нежно-песчаный, с золотыми крышами. Высокий, ажурный, он разбивал густую зелень и приветливо поглядывал на усталых путников цветными арочными окошками.

– Неужели?.. – Принц так устал, что едва дышал.

Чайка шагала нервно, крадучись, и держала обе руки на поясе – там в ножнах у нее покоились ножи.

– Будь-ка поосторожнее, – одернула она Принца, выступившего из укромных цветочных кустов на подъездную дорожку. – Думаешь, легко убить Раджу? Нам бы план!

И тут затрубили трубы, распахнулись двери. Толпа нарядных воинов и слуг выступила навстречу Принцу; все улыбались так, будто дождались наконец дорогого гостя. Чайка испугалась и дернула Принца в кусты, но он дернул ее в ответ и вытащил. Он уже заметил за толпой в тюрбанах и шароварах целый цветник черноволосых красавиц в кисее, а среди них – единственную златовласку с прекрасными черными глазами. Он узнал ее. Госпожа из снов!

– Ты здесь! – прозвенела она, покинула подруг, обошла прислугу и… просто упала Принцу на грудь, обняв его прелестными тонкими руками. – Ты пришел!

Принц ничего не мог поделать: сердце таяло. Госпожа пахла розами и корицей, лимоном и сладкими щербетами и вся дрожала, точно тайный ужас не отпускал ее. А когда кто-то дрожит, обнимая тебя, как не обнять в ответ? Принц прижал девушку к себе. Тут рядом раздалось:

– Эгей, куда это вы спешите? – Чайка оторвала его от Госпожи с наглой пиратской легкостью, и хотя была ниже на полголовы, ухватила за руку как непослушного ребенка. На смутившуюся Госпожу она смотрела мрачно и подозрительно. – Ты что, не пленница? Где злой Раджа?

Госпожа нахмурила подведенные черным брови, но тут же смягчилась. Вытянув унизанную браслетами руку, она поправила растрепавшиеся Чайкины волосы. Та тряхнула головой.

– Не будь такой злюкой, – одернул ее Принц, хотя тоже ничего не понимал. – Госпожа… – он снова встретился с красавицей взглядом, – правда, где же…

– Раджа умер, – произнесла Госпожа, и все заулыбались радостнее. – Не так давно наконец улетел на свою черную, как уголь, звезду. Я знаю, что ты, храбрый Принц, явился спасти меня, я сама звала тебя через сны, но не придется. Я свободна! – Она взяла Принца за правую руку, в то время как левую все еще держала Чайка. – Путешествием ты доказал, что достоин меня. Я люблю тебя и хочу быть твоей. Я…

Любит! Это прекрасное существо любит его! И пусть Раджу он не убил, но разве мало по пути было приключений? Слово – «люблю, люблю, люблю» – зазвенело бесценной монеткой в голове Принца, и ему непросто было услышать другие слова.

– Постой, – заговорила Чайка.