-  А ты уверен, Вадим, что этот тип не в сговоре с Винниченко и Телятниковым? От этих двоих чего угодно можно ожидать, хоть и строят из себя интеллигентов! Что он про них так подробно расспрашивал? Быть может, они теперь подрабатывают этими… которые говорят, какую квартиру лучше ограбить…

    -  Наводчиками? Ну, не знаю, Людмила Венедиктовна. По крайней мере, тот тип в сером костюме если что и взял в моей квартире, так это йогурт и ветчину. Да и не похож он на вора, надо сказать… Нет, тут что-то не то.

    -  А ты, Вадим, поймай этого Винниченко и спроси у него хорошенько, в чем дело! Он ведь наверняка злобствует, что Лена теперь нашла себе хорошего человека и…

    -  Если он вообще об этом знает, - сказал Вадим. - Если честно, Людмила Венедиктовна, то я вообще не собираюсь разговаривать с этим Винниченко. Вряд ли он что-либо сможет мне сообщить.

    Ленина матушка развела руками и, оттопырив нижнюю губу, состроила себе такое выражение лица, как если бы хотела сказать: да, ты прав, уважаемый без пяти минут зять, ибо этот жалкий Винниченко, бездельник и раздолбай, недостоин даже разговора с таким превосходным человеческим экземпляром, как Вадим Андреевич Светлов.

    Разговор этот между будущими тещей и зятем состоялся через три дня после визита мага Гаппонка в квартиру Вадима. До свадьбы оставалось несколько дней… Вадим совершенно не думал о том, что ему предстоит увидеться с нахальным типом в сером костюме еще раз, и увидеться по поводу крайне печальному. Конечно, Светлов не думал. Не о том были его мысли, и его можно понять.

    …И совсем другие мысли обуревали Вадимом Андреевичем несколько дней спустя, после трагического инцидента на свадьбе, исчезновения главного подозреваемого, того самого Винниченко, о ком так уничижительно отзывалась Людмила Венедиктовна. Нет, сначала мыслей не было никаких. Одуряющая, гулкая пустота, беспомощность, равной которой Вадиму не приходилось еще испытывать. Потом пришла ярость. Захотелось найти этого Винниченко, который пришел на торжество украдкой, без приглашения, как вор… а потом выбежал на улицу с окровавленными руками. Потом Вадим узнал, что Илья исчез. А вместе с ним исчез, как испарился из квартиры, из-под носа у милиции, и его дружок Телятников. Вадим схватился за голову, потому что в ушах зазвучал тот разговор с Людмилой Венедиктовной и ее слова о том, что не мешало бы подойти к бывшему ухажеру Лены и побеседовать с ним жестко и без компромиссов. Теперь Светлову казалось, что если бы он вовремя разобрался с этим подозрительным Винниченко, то не произошло бы этого - непоправимого!.

    …Непоправимого? А разве есть в самом деле что-то более непоправимое, чем гибель любимого человека?

    На следующий день после неудавшейся свадьбы Вадим Светлов все-таки добрался до своей квартиры. На этот раз он был в таком состоянии, по сравнению с которым даже пьяные выходки Илюши Винниченко (тогда, под колесами БМВ) потускнели бы и отошли на задний план. Все покатилось кувырком. Машину у Светлова только что отобрал патруль ГИБДД, чтобы отогнать ее на штрафную автостоянку. Собственно, и о машине, и о правах, которые тоже забрали, Вадим и не думал. Перед глазами была только Лена, да звучали, звучали в ушах страшными и гулкими раскатами слова Лесковой-старшей, те, за несколько дней до свадьбы: «А ты, Вадим, поймай этого Винниченко и спроси у него хорошенько, в чем дело! Он ведь наверняка злобствует, что Лена теперь нашла себе хорошего человека… » Вадим скрипнул зубами и, лязгнув замком, ввалился в прихожую. Зеркало вернуло ему чье-то чужое, опухшее лицо с коричневыми мешками под глазами, с незнакомой, изломанной линией рта с опущенными уголками губ. Вадим не сразу понял, что это его собственное отражение.