И снова нахлынули неприятные воспоминания. Девушка даже нахмурилась, размышляя над чем то. Не было бы этого ареста, если бы не Иванна… Лера доверяла ей почти как себе, рассказала о происходящем больше, чем кому бы то ни было, несмотря на запрет Шахматиста. А Иванна предала ее, рассказала все следователю. Зачем? Валерия не знала, но больше не хотела иметь с Иванной ничего общего. Хотя в глубине души понимала, что поступки женщины продиктованы беспокойством за нее.

«Ну хватит уже…», – сама себе приказала Лера, еще крепче зажмуривая глаза. – «Думательный аппарат, отбой!».

Но приказ не подействовал. Однако, в этот момент одеяло медленно поползло вниз, оборвав вялотекущие размышления Валерии.

– Арчи, ну прекрати, – поморщилась она, подобрав под себя ноги. – Отдай.

Потом попыталась нащупать одеяло, не открывая глаз, но услышала насмешливый голос.

– Это не Арчи. Давай, просыпайся, спящая царевна. Дел много. И, кстати, с добрым утром.

Ну как можно было забыть… Смолин. Собственной персоной. Лера даже не удивилась, хотя еще не привыкла, что в теперь делит комнату с весьма нахальным, хоть и обаятельным, типом. Если поначалу они лишь обменивались информацией о Шахматисте и «шефе», так же замешанном в делах, происходящих в городе, то теперь Леонид стал весьма популярной фигурой – за ним охотились и полиция и преступники, по приказу «шефа». И Смолин не нашел ничего лучше, как скрыться на время. В Лериной комнате.

– Продолжается ночной кошмар? – пробормотала Валеря, приоткрыв один глаз. – Чего надо?

Она была совсем не в том настроении, чтобы желать кому бы то ни было чего то доброго. Хотя бы и утра.

– Как некрасиво, – укоризненно заметил Леонид, бросая одеяло на пол. – А как же поздороваться, радостно обнять друга? Ведь целую ночь не виделись!

– Издеваешься? – буркнула Лера, поднимаясь. Сонные глаза различили только высокий силуэт, перемещающийся по комнате.

Ноги на автомате нащупали мягкие тапочки, и девушка побрела в ванную.

– Как можно! – откровенно веселился Смолин. Он уже занял место у плиты и шаманил с остатками продуктов. Хотя, помнится, вчера в холодильнике было шаром покати… Лера принюхалось – кажется, яичница, розмарин… и что то еще.

– Ты откуда продукты взял? – уже из ванной спросила Валерия, выдавливая из тюбика пасту.

– Ну не мог же я допустить, чтобы моя спасительница голодала, – отозвался парень. – Ночью совершил небольшую вылазку.

Рука со щеткой замерла на пол пути ко рту.

– А деньги где взял?

– Да, старушку в парке ограбил…

Из ванной донесся грохот – Валерия выбежала, уронив навесную полочку с разнообразными тюбиками и баночками. Она уже, было, собралась высказать все, что о нем думает, но словно натолкнулась на стену, встретившись со смеющимися карими глазами.

– Да ну тебя, – только и сумела выговорить она, возвращаясь в ванную. – Еще раз так пошутишь…

– А ты не ведись так легко, – под шкварчание сковороды отозвался Смолин. – Не стоит верить всем подряд.

Лера дочистила зубы и хмыкнула.

– Вот и я думаю… Не стоит.

Холодный душ смыл накопившуюся от размышлений усталость и вышла Лера в более менее благодушном настроении. Насколько это было возможно в ее ситуации.

Арчи встретил ее веселым стуком когтей по паркету, а Гаджет потянулся, даже не думая уходить с кровати. Вжик щебетал на свой птичий манер, не требуя ни «краюшечку», ни «крошечку», в своей весьма прожорливой манере. Все были напоены накормлены, никто не требовал немедленно выдать куриную ножку или сухой корм.