Я все еще был единым целым, и все же я находился внутри другого астрального существа, плавно бултыхаясь в нем, как зародыш в матке. Я попытался нащупать какие-нибудь признаки разума и стал вылавливать психические вибрации. Слепое горе, недоуменное одиночество, безотчетный страх. Крупным планом – улыбающееся мужское лицо. Белые занавески. Ритмические приступы боли, яркий блеск полированной стали, перекрывающая горло сладость. Визжащий желтый череп, приближающийся с каждой схваткой.

Я попытался припомнить, кто в Бернко умер за последние несколько недель. Вдруг я вспомнил, как Эйприл рассказывала мне о женщине, недавно умершей в родах.

Ее звали Кэти Как-то Там. Должно быть, это ее призрак.

Как только я пытался немного распрямиться, щупальца снова охватывали меня. Мы приближались к той свежей могиле. Я чувствовал страстное желание призрака устроиться со мной в гробу, как в гнездышке.

– Пойдем, малыш, – ворковал он. – Пора бай-бай.

Я решил, что мне пора сделать свой ход. В том месте, где это окружавшее меня создание было тоньше всего, я выбросил ложноножку и перетек по ней на землю. Став на ноги, я принял образ человекоподобного существа с красными глазами и большими черными крыльями. Я знал, каким пугающим может быть это видение.

Призрак, словно пчелиный рой, снова приближался ко мне. Я раскатал крылья вперед, вытянул сложенные горстью руки и издал ужасающий вопль. Призрак что-то пролепетал и убежал в свою могилу.

Я на минуту испытал чувство покоя. Сквозь меня мягко веял ночной бриз. Дождь перестал. Луна плыла среди клочковатых облаков, как древнеегипетская ладья мертвых. Что это за звук я издал? Какой-то визг, переходящий в пронзительный смех, а затем соскальзывающий в кашляющее ворчание. Очень эффективно. Но мне стало жаль призрака, напуганного мною. Надо было попытаться поговорить с ней, вернуть ей рассудок. Она была вроде тонущего пловца, хватающегося за меня среди глубин, а я повел себя с ней, как смертельная угроза.

Я услышал позади какой-то звук и успел переместить лицо на затылок как раз вовремя, чтобы увидеть Дьявола, плавно заходящего на посадку. Черные крылья расправлены, красные глаза пристально смотрят на меня. Я напрягся, готовясь бежать.

– Стой, где стоишь, Рэймен, – скрипучим голосом сказал Дьявол. – От меня не убежишь. – Он медленно оглядел меня и снова заговорил с нарастающим гневом:

– Изображаешь Дьявола. Покидаешь свое тело.

Пытаешься толкнуть свою душу на черном рынке. Развлекаешься психокинетическими опытами над детишками там, на лестнице. Орешь на людей. Ты думаешь, ты лучше всех и для тебя правила не писаны?

Я робко попытался протестовать, но он лишь страшно улыбнулся и впился когтистой рукой в мое плечо.

– Ты отправишься в ад, Феликс, – сказал Дьявол, придав своему голосу насмешливую легкость. – Ты отправишься в ад прямо сейчас.

– Погоди, – судорожно выдохнул я. – Так нельзя.

Я еще не умер.

– Если ты не умер, то где же твое тело? – словно выплюнул Дьявол. Он щелкнул пальцами, и перед нами в земле разверзлась щель. Далеко внизу я разглядел языки пламени и терзаемые души, извивающиеся, словно кучи червей. До нас вместе с нагретым воздухом донеслись вопли и легкое зловоние.

Только Бог мог помочь мае сейчас. В отчаянии я взмолился:

– Дорогой Иисус Христос.., пожалуйста, спаси мою ничтожную задницу. – Я потянулся к Богу той серединной точкой моего сознания, которая иногда могла до него достать. – Дорогой, милый Иисус, вытащи меня из этого.

Дьявол ослабил свою хватку и подошел к расщелине.