– И вот еще что, – сказал я. – Там у меня снаружи машина. Угнанная. Божий Эскадрон. Я хочу, чтобы кто-нибудь отогнал ее.

Сиротка Джоунз встал и скрипучим низким голосом спросил:

– Ключ в замке?

– Да. Но…

– Я отлично вижу, – сказал он, предугадав мое возражение. – И отлично вожу. Боже праведный, уж как Сиротка Джоунз водит.

Он стремительно пересек зал и вышел в дверь. Автомат он прихватил с собой и, шагнув на улицу, дал из него очередь.

– Смерть, смерть, смерть, – проскрежетал он нараспев. Потом я услышал, как хлопнула дверца машины и взвизгнули шины.

– Уехал, – сказал мне партнер Сиротки, потом добавил:

– Меня зовут Жестянщиком.

– Феликс, – сказал я и протянул ему руку.

Мы пожали друг другу руки, и я не забыл перейти из рукопожатия в братский зацеп. Но Жестянщик добавил к, своему рукопожатию еще кое-какие навороты, так что в конце концов я все равно почувствовал себя беломазым придурком.

– Откуда ты? – спросил он.

– Из Нью-Йорка.

– Я с Юга.

Я кивнул. Он все еще не дал мне мои две сотни долларов.

– Какой дурью они тут торгуют? – Я прикинул, что, если мне попадется правильный товар, я смогу побелеть и смыться из Тракки.

– Макнуть-ширнуть?

– Вряд ли. Травка?

– Ох уж эти белые мальчуганы. Тебе надо повидать Спека. Спек тебя поправит. – Он погрузился в молчание и откинулся в кресле. Потом отсутствующим взглядом уставился в зал и начал потихоньку двигать челюстью из стороны в сторону.

– Ну, я, наверное, пойду, – неуверенно сказал я. – Но тебе придется.., придется отдать мне деньги и сказать, где найти Спека.

– Спек везде. – Он снова задвигал челюстью. Его глаза подернулись пленкой безразличия.

Я вынул тридцать восьмой из кармана и положил на стол стволом к нему.

– Ну не тяни, Жестянщик. У меня мало времени. Он вытянул две сотенные бумажки из кармана, не отрывая взгляда от строя бутылок в баре.

– Сорок три, один десять, – произнес он, будто рассуждая сам с собой.

Я поблагодарил его и покинул «Золотой алмаз». Небо было чистым. Было жарко. Я услышал звук приближающейся машины и отступил за угол дома. Мимо промчалась машина Божьего Эскадрона. Вине вел, а Карл охранял его. Износа ему нет. Я уже был готов, и даже не прочь, убить его еще раз. Если до этого дойдет.

Я стоял на 128-й улице. Прошел несколько кварталов и повернул обратно по направлению к 110-й. Если я правильно понял Жестянщика, я смогу разжиться там травкой.

Я все еще был одет в свой спортивный костюм, но ботинки остались у Элли. На потрескавшихся тротуарах были пятна размягченного солнцем асфальта. Было приятно наступать на них босыми ногами. На Саймионе солнца нет, но небо было таким чистым, что я начал потеть.

Время от времени пыхтел мимо какой-нибудь драндулет, оставляя за собой густое облако выхлопных газов. Во многих домах не было застекленных окон, просто дыры в стенах. Из них тут и там высовывались люди. Под ногами было полно битого стекла, и приходилось смотреть, куда шагнуть.

Я провел пальцами по лбу и попробовал пот на вкус.

Трудно было поверить, что это всего лишь астральное тело. Странная мысль начала мучить меня, мысль, в которой я не хотел признаваться. Я как раз проходил мимо винной лавки. Повинуясь отчаянному порыву, я вошел в нее, чтобы купить полпинты виски.

Ни одна из бутылок не была запечатана, а на многих не оказалось этикеток. Я выбрал бутылку, содержимое которой показалось мне менее мутным, чем в остальных, и подошел с ней к прилавку.