|
Причем, по свидетельству древних хронистов, в действительности они были именно такими, какими я описал их в книге, — властными и заносчивыми. Короче, если кто и заслуживал хорошей трепки от Финна (с дальнейшим поджариванием на очажном огне), так это Лют! В 997 году он совершил роковую ошибку, отправившись поохотиться в личных угодьях князя Олега. Будучи уличен в этом правонарушении, надменный Лют не только не повинился, а напротив, вел себя вызывающе и вызвал законного владельца на бой. За что, собственно, и поплатился жизнью.
Увы, этим дело не ограничилось. Как всякий убитый горем отец, Свенельд жаждал мести. Он стал подстрекать князя Ярополка к войне с Олегом и весьма в том преуспел. Конфликт перерос в вооруженное столкновение, в ходе которого Олег был убит. Владимиру пришлось бежать из Новгорода. Он укрылся на севере, у дружественных шведских викингов. В конце концов, он собрал войско и в 980 году явился под стены Киева. После победы над своим братом Ярополком Владимир получил титул великого князя Киевского. Тем самым он положил начало долгому и трудному процессу объединения разрозненных русских княжеств, который увенчался созданием могущественной державы под названием Киевская Русь.
И все это время молодой Олав был рядом с князем Владимиром, поддерживая его во всех начинаниях. Начать с того, что во время своего трехлетнего изгнания Владимир вместе с Олавом бороздил просторы Балтийского моря и участвовал в викингских набегах. Кстати сказать, в десятом веке считалось в порядке вещей, если знатный юноша восемнадцати (или даже пятнадцати) лет командовал ватагой убеленных сединами, бывалых викингов. Так что здесь я ничуть не погрешил против истины. Мой Орм вполне мог бы главенствовать на своем драккаре, и никому не пришло бы в голову оспаривать его права.
Хочу добавить, что реальный персонаж Добрыня впоследствии трансформировался в Добрыню Никитича, героя русских былин, который победил страшного Змея Горыныча (в этом образе нетрудно идентифицировать Орма, чье имя переводится со старонорвежского как «змей» или «дракон»).
Другими словами, писатель всегда имеет возможность взять исторические факты и, отбросив средневековую мишуру, использовать их в качестве скелета для своего произведения. Именно так я и поступил.
Но для того, чтоб облечь плотью этот скелет и создать красивую легенду об Обетном Братстве, моим побратимам требовались достойные враги. И я нашел их в лице реальных (ну, или почти реальных) амазонок. Так в моем романе появились мужененавистницы.
Первые доказательства их существования обнаружила Рената Ролле, немецкий археолог, принимавшая участие в раскопках украинского кургана в Чертомлыке. Версия о женщинах-воительницах получила свое подтверждение благодаря находкам Елены Фиалко в Акимовке, а также работе Джаннин Дэвис-Кимболл в маленьком городке Покровка на российско-казахстанской границе. При раскопках степных курганов обнаружилось множество поистине удивительных артефактов. Среди всего прочего был найден скелет молодой девушки — по оценкам ученых, не старше четырнадцати лет. При ней находился кожаный колчан с несколькими десятками наконечников от стрел, а также клык огромного вепря. Изогнутые кости ног девушки указывали на то, что большую часть своей недолгой жизни она провела в седле.
Можно ли придумать лучший способ прославить своих героев — мужественных членов Обетного Братства, — нежели направить их по стопам Геркулеса и даровать им победу над легендарными амазонками? Ну и, кроме того, мне просто показалось забавным, если личная гвардия Аттилы, его самые свирепые и преданные воины окажутся женщинами.
Данный роман имел своей целью воссоздать «благородную славу» Обетного Братства — настолько великую и безусловную, что она станет подлинным монументом скандинавскому богу Одину. Слава моих побратимов была призвана стать преградой на пути распространения христианства, которое в ту эпоху завоевывало север Европы. |