- Я не помешал? - осведомился он. Таня смотрела на него сияющим взглядом.

- Теперь ты спой, - сказала она, указывая на гитару. Дан взял инструмент, сел на краешек дивана и заиграл, склонив светлую шевелюру.

В моей альтернативе есть логический блок,

Спасающий меня от ненужных ходов.

Некий переносной five o'clock,

Моя уверенность в том, что я не готов...

Таня подхватила песню... `Вскоре вошел холодный румяный Кашка, и попахивающий псиной Баярд бросился ласкаться к Тане,

- А не пора ли чаек пить? - осведомился Кашка, дождавшись конца песни.

- Пора, пора, - Дан повесил гитару на стенку, и все трое (пардон, четверо) проследовали в кухню. По вечерам обычно не ужинали, а только пили чай. На этот раз была вскрыта пачка овсяного печенья. Кашка с наслаждением схватил горячую кружку замороженными красными пальцами, отхлебнул и сказал "Ух, хорошо!" Дан печенья не брал, не клал и сахара, прихлебывая свой горький "чифир" с очень сосредоточенным видом. Таня совершенно по-детски налила чай в блюдечко, макала овсяное печенье в кружку, дула на чай, смешно вытягивая губы. Дан с Кашкой обменялись несколькими не совсем понятными Тане фразами. Она с огорчением подумала о том, что в Ладиорти все еще чувствует себя гостьей. В Замке Таня с удовольствием работала с новыми подругами, узнавая все больше, и Замок был сказка, сбывшаяся мечта. С друзьями она ездила повсюду, но в их действиях не участвовала, поручений не выполняла. Правда, с каждым днем все больше и больше становилось Тане понятным.

- Я все-таки не понимаю, - сказала она, - что такое эти ваши карросы? Почему теппелы боятся оказаться в их свете, а мне, например, он никакого вреда не причиняет... И вообще - что это за оружие такое?

- Ну, видишь ли, - сказал Кашка, - каррос - это, собственно, вообще не оружие. Любое оружие разрушает, каррос - нет. Он даже и не сжигает, как думают теппелы. А почему они боятся этого света... Это не так просто. Дан, будем объяснять?

- Давай попробуем, - отозвался Дан.

- Значит так. Очень упрощенно. Пространство пронизано волнами, грубо говоря, разных частот. Каждый человек излучает эти волны - это мысли и чувства. Синхронные излучения, накладываясь, усиливают друг друга. Асинхронные - взаимно уничтожаются. Теперь представь шкалу от тьмы до высшего света. Так вот, каррос усиливает, концентрирует все светлые излучения, исходящие от человека. Так как в излучениях теппелов преобладают отрицательные величины, каррос как бы уничтожает их энергию - энергию разрушения и зла. Это действительно очень неприятно и может быть даже смертельно. Ну, а тебе излучение карроса даже полезно, оно усиливает твою энергию, которая по преимуществу является светлой.

- Но я этого не чувствую, - удивленно сказала Таня. - Впрочем, понятно... Одновременно уничтожается темная часть моей энергии.

- Не думаю, чтобы у тебя было особенно много темной энергии, - улыбнувшись, сказал Дан. - Осталось только уяснить точно, какая часть энергии является темной, какая - светлой.

- Мне кажется, я понимаю это, - задумчиво сказала Таня. - Но только приблизительно...

Дан, поднявшись, собрал посуду.

- Ну, что ж, займемся? - обратился он к Кашке. Тот отправился в комнату и вернулся с книгой в руках. Таня от радости слегка подпрыгнула.

...Зал ресторанчика был полутемным. Только трое музыкантов оставались на эстраде, никто больше не заказывал Очи черные или последний шлягер Комарово. В гулкой тишине раздавались шаги официанток и уборщиц. Несколько запоздавших посетителей доедали ужин.

- Может, пойдем уже? - Женькина подруга, подрабатывающая певицей, Рита, пробравшись на эстраду, вкрадчиво положила руки Женьке на плечи.

- Хочется потащиться, - сказал Женька, - Техника тут классная. Давайте еще Pandy Black, а?

- Без баса? - осведомился гитарист Филя, так же, как и остальные присутствующие, игравший в свободное время в группе Колесо.