Они были хорошими людьми, но ведь и мне жить нужно. Оба хотели уехать, но ведь могут пройти года два, пока кто-нибудь с мешком золота возьмет их стадо за хорошую цену. Придется им отдать скот мне, и отдать дешево. Я понял, что гак оно и будет.

Мы объехали владения Теллегана. Кое-где снег еще держался, стога сена были почти съедены, а скотина — одна кожа да кости. И все же — молодая и хорошей породы, недурно сложенная и, судя по глазам, здоровая.

Насчитали мы пятьдесят две головы, включая одного матерого и одного молодого быка.

— Хорошие тут места, — сказал я. — Жаль только, что я приехал после тяжелой зимы. Поеду-ка я, пожалуй, в Орегон. Может, куплю скотину там.

Теллеган помолчал и сказал:

— Я могу сбросить цену.

Мы сошлись на пяти долларах за голову. В помощь я нанял мальчика-индейца. Ему было лет четырнадцать, он происходил из племени уматиллов, с востока Орегона. Забрав стадо, я лишил его работы у Теллегана, но зато он получил работу у меня. Теллеган сказал, что это надежный парень.

— Только он не будет ночевать на ранчо, — добавил он. — Как ночь, так уходит в горы.

Ну и пусть. С горами у нас тоже все в порядке. Вначале все было хорошо, но после первых миль пути мальчик сделался каким-то озабоченным. Неужто что-то замышлял?

Я заранее приметил луг, с которого сошел снег, чтобы стадо могло попастись. До него было всего пять миль, которые мы и прошли в первый день. Наломали льда для питья, а потом погнали коров на траву. Они были слишком усталыми, чтоб доставлять нам хлопоты. И, хоть трава была не первый сорт, все же им было чем заняться.

Пока я готовил еду, мальчишка нервно ерзал. Я прямо спросил, что его беспокоит. Конечно, пришлось потрудиться, чтобы вытянуть из него правду.

Дело было в его дедушке. Старик жил в пещере в трех милях отсюда, а мальчик каждую ночь носил ему еду. И сегодня он тоже собирался туда.

— Привози его, — сказал я. — Пусть едет с нами.

Так у меня появились двое индейцев — лучше не придумаешь.

Урувиши был крепок, но стар. Сколько ему лет, я так и не понял, но смерть его была не за горами. Он уже подготовился к уходу, спев свою песню Великому Духу, но задержался, чтобы, по его словам, увидеть, как встанет на ноги его внук, Коротышка Бык.

Старик рассказывал мне, что племя уматиллов невелико и все их мужчины — отважные воины, великолепные следопыты и охотники. А Коротышке Быку еще многому нужно научиться.

Я редко сталкивался с индейцами, но их обычаи меня всегда интересовали. Рут Макен и Этан Сэкетт знали их хорошо, говорили на некоторых наречиях и частенько рассказывали мне о них.

Теперь, сидя у костра, я поделился со стариком своими заботами:

— Скотина, конечно, слаба. Прошлая зима была тяжелой, и человек, который продал мне стадо, не верил, что она сможет одолеть дальнюю дорогу. Но моим людям нужен скот, чтобы его вырастить и съесть, если наступит голод. Я гоню стадо в Вайоминг, и этот путь займет много лун.

Урувиши поговорил с внуком, и Коротышка Бык сказал мне:

— Дедушка спрашивает, где ты будешь перебираться через великую реку?

Я пожал плечами. Я много думал об этом. Наверное, лучше всего у Даллеса. Если понадобится, найму паром, сколько бы это ни стоило.

Урувиши долго говорил, а Коротышка коротко мне пересказывал:

— Переправляться нужно у Причала Уматиляов, это на восток отсюда. По дороге есть хорошая трава. Пока мы доберемся до Причала, твое стадо окрепнет.