Марла не смогла сдержать улыбку, про себя отметив, что уже никогда не сможет быть абсолютно спокойной рядом с ним. Он продолжал выбивать почву у нее из-под ног, серьезный и веселый, дерзкий и нежный, властный и покорный.

Он широко улыбнулся ей:

— Нам лучше вернуться.

Он расплатился за кофе. Марла попыталась возразить, но он лишь отмахнулся.

— Как ты думаешь, мне удастся уговорить тебя дать мне руку на обратном пути? — спросил он ее через минуту.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила Марла, стараясь скрыть бешеный стук своего сердца.

Он пожал плечами:

— Ну что ж, в следующий раз.

Она вздохнула и решила продолжить разговор:

— Брент, мне кажется, что мы еще не все расставили на свои места.

— Согласен, — улыбаясь ответил он. — Но с другой стороны, посмотри, мы работаем вместе уже несколько недель, но еще ничего не расставлено по местам. Ты думаешь, с чувствами проще?

— Я думаю, мы оба, как разумные люди, должны смириться с тем, что в данном случае наши чувства ни играют никакой роли.

Он остановился и возмущенно посмотрел на нее.

— Не говори так, Марла. Наши чувства и наша жизнь, черт побери, намного важнее этой рекламной кампании, важнее объемов продаж моих карабинов и креплений.

Она покачала головой.

— Ты рассуждаешь наивно.

— Ты действительно так считаешь? — Он снова внимательно посмотрел на нее.

Марла вспомнила о своих матери и сестре, которые всегда руководствовались чувствами и эмоциями, а не разумом. И до чего это довело их.

— Пошли обратно, — отвернувшись, сказала она. Что может понять Брент в ее стремлении успешно работать и вести правильную жизнь? Он, в конце концов, делает деньги на своих развлечениях.

Он пристально посмотрел на нее и решил, что теперь разговор закончен. Он не стал давить на нее, требовать объяснений — она и так слишком много рассказала ему, нельзя же сразу раскрывать все свои карты. Он уже давно понял, что столкнулся с очень сложной женщиной. Но их доверительная беседа сегодня только усилила его желание знать о ней больше, понять ее, быть с ней.

Ее темно-русые волосы блестели на солнце, когда они возвращались к зданию «Вентуры». Она шла, наклонив голову, думая о чем-то, что не желала обсуждать. Какая-то странная печаль тенью легла на строгие черты ее красивого лица. Как ему хотелось обнять и прижать ее к себе, почувствовать ответную страсть! Он хотел ощутить тепло ее кожи, упругость ее груди, сладость ее губ. Он хотел, чтобы она рассказала ему обо всех своих тайнах и желаниях, а он поделился бы с ней своими. «Скоро, — пообещал он себе, — скоро». Он никогда не сдавался с первого раза, иначе не был бы тем, кто покоряет неприступные вершины и побеждает штормовые волны. И если Марла еще не подозревает об этом, то ей вот-вот придется испытать это на себе.

ГЛАВА 7

— Ну? — с тревогой спросил Вернон, когда Марла зашла к нему в кабинет несколько дней спустя. — По какому поводу тебя хотел видеть Уорен?

— Он считает, что мы слишком давим на Дэвида. Он хочет, чтобы мы предоставили ему полную свободу действий.

Дэвид против нашей концепции, против того, чтобы рекламная кампания «Вентуры» основывалась на реальных ситуациях и реальных людях. К тому же он совершенно не поддержал мои предложения по поводу продвижения товара. Скажи мне, если я что-то упустила.

Она опустилась в кресло и с силой бросила маленький баскетбольный мяч в игрушечную корзину. Корзина была в противоположном углу кабинета, поэтому, прежде чем попасть в нее, мяч сильно ударил по крокодилу, висевшему над столом и чуть не задел самого Вернона.