— Берегись! — воскликнул Вернон, пригибаясь.

Секунду спустя, положив голову на стол, он исподлобья взглянул на Марлу и спросил:

— Ну как, тебе легче?

— Надеюсь, — улыбнулась она.

Вернон выпрямился.

— Все не так уж плохо, Марла. Остальные в нашем коллективе прекрасно справляются со своей работой. Мы сделаем три концептуальных предложения «Вентуре». Так что пусть Дэвид, если хочет, самостоятельно разрабатывает собственное предложение. Это позволит нам беспрепятственно работать над нашими двумя, а два из трех уже неплохо.

— Ты, конечно, прав, — согласилась Марла.

И как она сама не додумалась до такого очевидного решения. Она запустила руку в свои обычно аккуратно уложенные волосы, безжалостно растрепав их. Да, после того разговора в кафе она была сама не своя.

Она не могла спать, потеряла аппетит и стала забывать о важных вещах. Она хотела еще раз поговорить с Брентом, чтобы все изменить, но понимала, что не может этого сделать. Получилось так, что разговор еще больше сблизил их, вместо того чтобы разъединить. Она сама слишком много думала о нем, а теперь не смогла убедить и его поменьше думать о ней. Марла не могла даже представить, что у них будет дальше с этим непредсказуемым человеком, но предчувствовала — ей придется нелегко.

Эмоциональное состояние Марлы выражалось во всем, что бы ни происходило с ней. Например, сегодня утром Марла еле сдержалась, чтобы не выпалить в лицо Уорену, какой он ничтожный сопляк. На совещании она только и думала о том, почему же никто из старших администраторов, среди которых были очень уважаемые ею люди, до сих пор не высказал всего ему. Неужели все так боятся отца его жены?

К тому же она не стала перезванивать своей матери, чувствуя, что не в силах больше отвечать за беспорядочную жизнь этой женщины. А позже, вечером, она сорвалась на свою сестру, когда та начала было рассказывать ей о своих семейных и финансовых проблемах.

— Найди себе работу, — грубо ответила ей Марла.

Ну почему она не могла встретить Брента где-нибудь у друзей или на вечеринке? Тогда им не пришлось бы задумываться над всей этой профессиональной и деловой этикой. Она могла бы наслаждаться общением с этим мужчиной и не думать о том, что это может навредить ее карьере, да и всей жизни в целом.

— Марла, ты выглядишь подавленной, — сказал Вернон, наливая им обоим по чашечке кофе. — Почему бы тебе не уйти сегодня пораньше?

— Я не могу, — коротко ответила девушка.

— Ты слишком подгоняешь себя в этом деле. — Он замолчал на секунду, а потом, внимательно посмотрев на нее, добавил: — Или что-то, кроме рекламной кампании, беспокоит тебя?

Она пожала плечами и с преувеличенным вниманием начала разглядывать свою чашку.

— Я не буду настаивать, но если тебе захочется поговорить…

— Спасибо, Вернон. — Она слабо улыбнулась.

Слава Богу, несмотря на Уорена и ему подобных, несмотря на дурацкие предписания и неписаные правила, в этом бизнесе встречалось еще много хороших людей.

— Как продвигается работа Натана?

— Хорошо. Все идет как надо. Да, кстати, а когда ты снова поедешь в «Вентуру»?

— Не знаю, а что?

— Мне бы хотелось, чтобы ты привезла от них то, над чем мы работаем. Ну, ты знаешь: снаряжение, одежду и все такое. Что-то, что может натолкнуть нас на новые идеи.

Именно поэтому на следующий же день Марла ехала в «Вентуру».