Пришлось немного постараться, определяя тех служащих, кто находится на этой территории постоянно, от господ, посетивших административную часть города по служебным, или личным делам. Зачем мне это понадобилось? Не знаю точно.

Однако, я привык обращать внимание на свои предчувствия в этом мире. А оно, предчувствие, мне орёт о важности этого наблюдения.

Дворников и служивых из Городского и Жандармского Приказа я распознал без труда. Да и как их не распознать-то, если господа одеваются, как инкубаторные, во всё служебное. Но вот с остальными пришлось напрячься и подключить свою способность ментального проникновения, вместе с защитой от ответных поползновений в сторону моего дорогого мозга.

Выяснилось, что в этот ранний час служащих тут находится больше, а отличительным признаком их принадлежности являются различные тубы для переноса скрученных бумаг. Всякие типоразмеры защитных чехлов предохраняют важные документы от ненастья.

Ну, а посетители имеют портфели для документов, или саквояжи. Некоторые пребывают на территории административного острова и вовсе без ноши в руках. Я подразумеваю, что их важные документы лежат себе во внутренних карманах одежды.

— Да-а-ас-с… А погодка-то испортилась в одночасье, господин, — прокряхтел дворник, выведя меня из размышлений. — Токма, чево я подмечу, ненадолго эта канитель с метелицей, — дедок продолжил делиться мнениями. — Вскорости, так всё станет сызнова солнечно, — завершил он тоном не подразумевающий сомнений.

— Будет здорово, уважаемый, — я поддержал его. — А в какую дверь входить, не подскажете? — я решился на уточнение и кивнул в сторону парадного входа вотчины Градоуправления.

Дело в том, что рядом с высокими дверьми, отделанными богатой чеканкой, есть ещё парочка входов в дом местной администрации. Хотя, я смело могу отнести этот особняк к дворцу, как и два других главных объекта острова.

— Заходите в левую, господин, не ошибётесь, — прозвучало желанное объяснение, и метла дворника вновь зашуршала по булыжному покрытию площади.

— Спасибо за разъяснение, — я ответил ему уже в спину.

Блюститель чистоты потерял ко мне интерес, а я перехватил тяжёленький саквояж и решительно взялся за ручку указанных дверей.

Х-м, а может следует постучать? Придёт же запоздалая мысль, когда я уже двери открыл!

Войдя, я остановился с края огромного зала с потолком под самой крышей. Нормальный, такой себе, холл. По стенам развешаны держатели под подсвечники с факелами. Думаю, что это для антуража, так как света вполне достаточно.

Огромные окна главной стены, той, что фасадом является, отлично пропускают дневной свет с улицы, несмотря на цветные витражи. На этих величественных картинах из стёкол изображены воинственные дяди. Люстра… Ну-у-у… Тут всё по моде. Кованная и тяжеленная, побуждающая во мне желание избежать, или свести к минимуму, время нахождения под этим светильником. Расплющит, если свалится!

Сделав пару шагов к администратору, скучающему за столиком у лестницы, я взглянул и на пол.

Ого! Это гигантская мозаика, а полноту картины и её сюжет можно увидеть лишь с верхней площадки, или с балкона, этой величественной лестницы холла. А если с пола смотреть на неё, то почти ничего не ясно.

Этажей, кстати, всего три. С одним лишь «но»! Они огромные и равны каждый двум нормальным этажам, в смысле, привычной высоты. Однако, в таких сооружениях их может быть и побольше.

Например, с другой стороны дворца. Не с парадной с главными помещениями, а с задней и боковых… Короче, этажность пока останется под открытым вопросом.

А вот представителей жандармерии я заметил не сразу. Двое господ оказались скрыты за колоннами. Одеты жандармы в парадную форму с множеством блестящего.