Все столики были уже заняты. Несмотря на то что только за вход сюда с каждого посетителя взымали сотню баксов, свободных мест в кабаке не наблюдалось. «Полный аншлаг, — мысленно хмыкнул Белов. — Пользуется успехом Милочка… Впрочем, а когда она им не пользовалась? Всегда мужики от одного ее взгляда сатанели…»

Свет начал медленно гаснуть. Совсем он не погас, оставив в зале интимный полумрак. Только сцена была темна, словно окутанная черным густым облаком. Зазвучала музыка. Плывущий, однообразный, ритмично повторяющийся мотив будто гипнотизировал. В голове возникала вибрирующая пустота, мысли улетучивались. Откуда-то из глубины организма поднималась волна эйфории, пьянящая похлеще спиртного.

Север дернулся, стряхивая наваждение.

— Кто придумал звуковое оформление? — прошептал он, хватая за руку Геллу.

— Сама Алая Роза, — одними губами отозвалась та. — Ты смотри, смотри…

Север почувствовал, что проститутка мелко, возбужденно дрожит. «Конечно, Милка же прекрасно играла на фортепьяно, — вспомнил Белов, обдумывая ответ Геллы. — Видимо, она воплотила в музыке ритмические образы своих сексуальных грез. Впечатляет».

Внезапно над сценой вспыхнул яркий, режущий свет. Зал приглушенно ахнул. Лениво льющаяся мелодия приобрела вдруг бешеный темп, с каждым тактом наращивая напряженность звучания. Свет опять погас — на краткий миг, а когда зажегся снова, Север увидел Милу…

Сейчас она и впрямь была Алой Розой: в алом плаще, с высоким алым плюмажем на голове, в алых туфлях с высокими каблуками. За ее спиной на черном фоне пылал огромный алый костер: ненастоящий, конечно, но довольно впечатляющий. Аура вокруг девушки возникала вполне сатанинская…

Собственно, исполняемый Милой номер нельзя было назвать стриптизом. Хотя бы потому, что девушка вышла к публике уже обнаженная. Ее наготу прикрывал лишь накинутый на плечи плащ. Она вращала им, словно крыльями, попеременно открывая жадным взорам зрителей различные участки своей восхитительной плоти. Но главным являлось даже не это. Главным являлся ритм — гипнотизирующий, одуряющий ритм, навязываемый музыкой и стремительно, грациозно пульсирующим телом Алой Розы. Оторвать от нее взгляд не хватало сил. Север чувствовал, как его захлестывает дикий шквал животного вожделения, противостоять которому казалось невозможным. Расторможенный основной инстинкт клокотал в крови, сметая любые преграды — социальные, моральные, культурные, подминая под себя даже всевластный инстинкт самосохранения. Начиналось сексуальное безумие…

Только сверхнормальное умение управлять своим организмом выручило Белова. Усилием воли он стряхнул с себя транс. Тронул плечо трясущейся Геллы.

— Я должен за тебя заплатить…

— Ты уже заплатил… — хрипло прошептала та, не сводя глаз со сцены. — Ребята подходили пять минут назад. Не заметил? Бывает…

На Геллу как на женщину танец Алой Розы действовал медленнее, чем на мужчин. Но действовал.

— Как заплатил? — охнул Север. — И сколько?

— Семьсот баксов… — выдохнула проститутка. — Чушь, все чушь… Смотри, смотри на нее… Ты не пожалеешь о своих деньгах, обещаю, только сейчас не отвлекайся!.. И меня не отвлекай, ради Бога!.. А-ах!

«Семьсот баксов! — подумал Север. — Нехило, однако, Ваня зарабатывает на Милке! Игра стоит свеч!»

Он попробовал сообразить, сколько прошло времени с начала представления. Ага, где-то час. А пролетел, как секунда! Вот это да!..

Север бросил взгляд по сторонам. Атмосфера в зале накалялась. Пока еще присутствующие зачарованно пожирали глазами Алую Розу, но чувствовалось — скоро начнется буйство.