— Мне нужны иглы для работы с кожей, — сказал я. — Длинные, тонкие. Штук двенадцать.

Она кивнула и полезла под прилавок.

— Для обуви или для одежды?

— Для перчаток. Нужно, чтобы шов был очень тонким и аккуратным.

— Хорошо, тогда лучше выбирать из этих.

Она выложила передо мной несколько упаковок. Я внимательно осмотрел каждую из них, пробуя иглы на вес, пытаясь понять баланс и заточку. Не совсем то, что нужно, но что поделаешь. Настоящих игл для акупунктуры, которыми я привык пользоваться, тут не было. Эти же были достаточно длинные, около семи сантиметров, и при этом с отличной заточкой, так что вполне подойдут. Достаточно тонкие, чтобы проникнуть в нужные точки, достаточно прочные, чтобы не сломаться.

— Эти, — я указал на упаковку. — Две штуки.

Двадцать четыре иглы. Больше, чем нужно, но запас никогда не повредит. В бою всякое случается. Я расплатился наличными и вышел, сунув покупку во внутренний карман куртки.

Следующая остановка — небольшой магазин одежды в соседнем квартале. Там я купил тонкие кожаные перчатки чёрного цвета. Продавец попытался всучить мне что-то более дорогое и модное, но я отказался. Мне не нужна красота — мне нужна функциональность. Тонкая кожа не помешает чувствовать иглы, но защитит пальцы от яда при случайном контакте.

Там же я взял тёмный шарф-снуд из плотной ткани. Такие носят мотоциклисты и любители зимних видов спорта. Натянутый на лицо, он оставляет открытыми только глаза. Простая, но крайне эффективная маскировка.

Последней остановкой перед рынком стала небольшая пекарня. Запах свежего хлеба и выпечки ударил в ноздри, когда я открыл дверь. Я выбрал полдюжины булочек с корицей — они были ещё тёплые, только из печи — и попросил упаковать их в бумажный пакет.

Думаю, Ванде будет приятно получить небольшой презент. Ты даришь что-то человеку, и он подсознательно чувствует к тебе приязнь. Этот простой ритуал помогает настроиться на нужный лад. Важен не сам подарок, а жест. Некоторые называли это пустой формальностью, но я всегда считал иначе. Ритуалы связывают людей крепче, чем слова. Они создают… обязательства. Притом с обеих сторон.

Рынок в этот час был уже полон народа, несмотря на дождь. Торговцы прятались под навесами и тентами, покупатели сновали между рядами, торгуясь и ругаясь. Обычный хаос, в котором легко затеряться.

Лавку Ванды я нашёл без труда. Она сидела на своём привычном месте, окружённая пучками сушёных трав, склянками и мешочками с порошками. После того случая с рэкетиром Волков к ней больше никто не совался. Слухи на рынке расходятся быстро.

Увидев меня, она расплылась в тёплой и искренней улыбке — такую редко увидишь на лицах торговцев.

— Алекс! Как я рада тебя видеть!

Я подошёл и протянул ей бумажный пакет.

— Это вам. Ещё тёплые.

Ванда заглянула внутрь, и её улыбка стала ещё шире.

— Булочки с корицей! Мои любимые. — Она посмотрела на меня с материнской теплотой. — Не нужно было, Алекс. Ты и так столько сделал для нас.

— В моей семье учили: не приходи в гости с пустыми руками. Это знак уважения.

Она кивнула, принимая объяснение. Потом её лицо стало серьёзнее.

— Присядь на минутку. Есть кое-что, о чём я должна тебе рассказать.

Я сел на низкий табурет у прилавка. Тень шевельнулся в татуировке, почувствовав изменение в атмосфере. Я послал ему мысленный сигнал: спокойно, просто слушаем.

— Как Майкл? — спросил я. — Лечение помогает?

— О, Алекс! — Ванда всплеснула руками.