— Ва — а–ська, — оживший глубоко вздохнул и погладил кота по головке.

Тихо так сказал, но Марта за стенкой всё равно услышала и торопливо отперла ключом дверь. Заглянула, радостно ойкнула, всплеснув руками.

— Вот чудо — то, как только ирод заморский уплыл, так богатырь и сам проснулся.

— Ты кто? Я где? — замотал головой паренёк.

— Так ты, Васька, ничего не помнишь? Ну, это у мужиков бывает, когда много рома выпьют или по башке им сильно дадут, — успокоила Марта, — а тебе и того и другого изрядно досталось.

Пересадив кота на табурет и усевшись рядом на кровать, болтушка охотно поведала все последние события на Пустом острове.

— А почему ты меня Васькой кличешь? Ведь так моего кота зовут, — поднялся с постели раненый.

— Ты сам Биллу так представился в первый день, — пожала плечами девица. — А откуда знаешь, что ты не Васька, раз не помнишь ничегошеньки?

— Только кота и помню, — печально кивнув, смутился паренёк.

— А кот — точно твой?

— Мя — я–у! — возмутился кот и прыгнул на колени болезному.

— Учёный он у тебя. Я таких умных ещё не видывала. — Девушка грустно вздохнула и предостерегла: — Только люди его уже Рыжиком прозвали. Теперь новую кличку не примут.

— Пусть Рыжиком остаётся, — заглянув коту в глаза, погладил зверушку по головке хозяин. — А то два Василия — перебор.

— Ва — си — ли-я, — улыбнувшись, по слогам произнесла девушка. — Чудесное имя, только какое — то заморское.

— Василий, — смущённо поправил чудной парень. — Называй меня пока так.

— А говорил: не помнишь, — прищурившись, погрозила пальцем Марта.

— Так это кот свою кличку подсказал, — пожал плечами наречённый Василий.

— У Рыжика произношение хромает, — весело захохотала Марта. — Как его поймёшь?

— А я вот понимаю, — искренне удивился «шпагой по голове ударенный».

— Ты только это при людях не ляпни, — испуганно прикрыла ладонью рот девушка. — За такие колдовские фокусы в Метрополии можно угодить на костёр.

— Что за страна? — наморщил лоб беспамятный чародей.

— Так ты же на чистом испаньольском языке, как на родном, шпаришь, — укорила врунишку Марта. — Это у меня выговор провинциальный, потому как росла в Новом Свете.

— Страна или континент? — продолжал изумлять неведением мира чужестранец.

— Да ты не из Диких ли Земель будишь? — предположила девушка.

— Похоже на то, — со вздохом почесал затылок потеряшка.

— А вот и врёшь, — подловила пиратка, — у Хитрована Билла на земле дюжина дикарей работает. Год уже продать их не может. На островах Северного Архипелага никто не знает языка их корявого. Как письмо родственникам о выкупе написать — проблема, да и отправить не с кем.

— Надо посмотреть, может, я чего разберу, — наивно предложил помощь заморский полиглот.

— Да ты даже страны и земли путаешь! Какими иноземными языками ты можешь владеть, коли собственное имя вспомнить не в силах?

— Я ещё не знаю, что я знаю, — виновато развёл руками забывчивый всезнайка.

— Ой, как ты смешно нахмурил бровки! — погладила по щеке бедненького больного на голову симпатяшку заботливая Марта.