— А-А-А-А-А-А!!! — завопил стоявший возле меня на столике Транслятор голосом терпси-жабы.

Я принял вызов:

— Капитан Лаграндж, слушаю.

Одновременно я поднялся на ноги и посмотрел через подзорную трубу на горизонт.

— Капитан, это Генри Смитт! — заговорил транслятор голосом губернатора Лореляйя.

Я замер, ибо ждал сеанса связи отнюдь не с ним. Смитт сейчас на своём острове. А вот Ральфи, например, один из тех, кто патрулирует воды, высматривая эскадру Бари.

— Что такое? — быстро спросил я.

— Вам удобно говорить? — голос Смитта звучал немного взволнованно.

— Мы ждём Джекмана.

— А… ну…

— А-А-А-А-А!!! — завопил мой Транслятор. Он мог принимать сколько угодно вызовов, но говорить можно было лишь по одной линии.

— С вами хотят связаться? — Смитт услышал, что мне звонят. — Тогда не буду отвлекать перед боем. Просто свяжитесь со мной, как закончите. Желаю удачи, капитан! Сегодня ваше имя станет легендой!

— Спасибо, — озадаченно проговорил я, когда Смитт уже прервал связь.

Вот что за человек? Ну да ладно, хватит ворчать! Поступил он правильно и не стал полностью сбивать меня с мысли.

Я быстро принял следующий вызов.

— Капитан! Мы видим эскадру! Они здесь! Повторяю, они здесь! — возбуждённо проговорил Ральфи.

— Отлично! Возвращайтесь сами и остальным передайте!

Закончив сеанс связи, я взревел во всё горло:

— Враг на подходе! По местам!

* * *

Франки-Штейн величественно шёл во главе нашей эскадры. Чуть позади справа гордо резал волны малый линкор капитана Тьерри Буше; слева — тяжёлый фрегат Хельга Лодброка. Дальше располагались корабли попроще.

Всего наша эскадра состояла аж из двенадцати кораблей. Среди них даже был боевой корвет «Чёрный гром» (приз, взятый у капитана Барта Робертса), команда которого сейчас была сформирована из одних нассийцев. Управлял «Чёрным громом» сам вождь Нассийя, сменивший свой шикарный плюмаж из перьев попугая-дурака на капитанскую треуголку.

А вот Бари привёл с собой восемнадцать кораблей, среди которых был полновесный трёхпалубный восьмидесятипушечный линкор. Не такая махина как новиночка викторианского судостроения — «Бессменная Виктория», но достаточно внушительных размеров и мощи судно.

Трёхпалубный линкор шёл первым, а рядом с ним малый линкор на пятьдесят шесть пушек — викторианский аналог корабля капитана Буше.

И позади них…

— Дева под Килем, как же ты прекрасна… — прошептал я, глядя через подзорную трубу на фрегат с белоснежными парусами и лакированными бортами, сверкающими на солнце. На его носовую фигуру — красивую кудрявую девушку… Именно так в своё время я представлял образ Девы под Килем.

— Она великолепна… — с придыханием проговорила Марси, стоявшая рядом со мной.

Я оторвался от подзорной трубы и кивнул своей «духовной дочери». Молодец, девочка! Знает толк в прекрасном.

Я разглядывал Лудестию. Сердце щемило… Сколько мы не виделись⁈ Боль разлуки никогда не оставляла меня. Но вот мы наконец-то встретились! И от этого на душе разливалось тепло.