Хантер смотрел на это и думал о предупреждении дяди Джея, что он сказал ему прошлой ночью. Это казалось прямым противоречием всему, используй их прежде, чем они используют тебя.

Затем он продолжил думать о том вопросе, что Клэр задала ему, стоя у хранилища, о том, почему дата рождения его матери не использовалась в шифре. Это был такой незначительный, абсолютно несущественный момент, но в контексте сурового предупреждения, полученного от дяди, это ощущалось очень серьезным моментом.

Его отец обожал маму. Хантер видел это ежедневно. Они действительно были невероятной парочкой, его мама всегда рассказывала о них с улыбкой. Как этот ярый военный умудрился влюбиться в девушку, увлекающуюся духовными ценностями, единением с природой и языческой культурой.

Но в первый раз Хантеру стало интересно, действительно ли эта влюбленность настоящая. Терпение. Притворство.

Как только эти мысли появились, Хантер сразу же выкинул их из головы. Они были вместе семнадцать лет. Они никогда не конфликтовали. У него никогда не было повода усомниться в их любви, потому что их любовь к нему была совершенно стабильной.

Но сейчас, взвешивая все за и против, он не мог перестать думать об этом.

Раздался стук в дверь, и оттуда показалась голова дяди Джея.

 — Я не опоздал на ужин?

 — Нет, здесь еще осталось достаточно еды, — сказала мама Хантера.

Джей полностью открыл дверь и Каспер ворвался в комнату, немедленно побежав трусцой к Хантеру, который почесал пса за ухом и стащил для него кусочек курицы из тарелки.

— Этот пес любит тебя, — сказал Джей.

Хантер дал Касперу еще кусочек.

— Я тоже его люблю.

Каспер сел у его ног и положил голову Хантеру на колени.

Джей вытащил стул и плюхнулся на него. Затем взглянул на своего брата.

— Ты получил еще какую-то информацию?

Отец Хантера бросил взгляд на него.

 — Да. Поговорим наверху. Попозже.

Хантер притворился, что он ничего не заметил. Но после того, как ужин закончился, он задержался на кухне, помыть посуду, поиграть с Каспером, позволив своему отцу и дяде закончить пустую болтовню и приступить к делам.

Затем он прополз по лестнице, обойдя ступеньку, которая поскрипывала, задержал дыхание и подкрался к двери отцовского кабинета так близко, как только смог.

Их голоса были тихими, и он смог расслышать только несколько слов, ни одно из которых ни проливало свет на смысл разговора.

Он затаил дыхание и  подкрался еще ближе.

 — Хантер.

Черт возьми.

Голос отца. Хантер не двигался. Может быть, он просто блефует.

Затем дверь открылась. На пороге стоял Джей.

 — Действительно ты здесь, парень?

Хантер выдохнул и взглянул на него из своего укрытия, где он сидел, скрючившись на полу.

— Я не думал, что это такое большое дело. Ты сказал, это просто наблюдения.

— Заходи, — с казал его отец. В его голосе не было особой радости.

Хантер поднялся на ноги и вошел в дверь.

Его отец сидел за столом, перед ним лежали две папки. Обе были закрыты.

— Во-первых, мне совсем не нравится, когда шпионят.

— Но ты никогда ничего мне не рассказываешь! Мне шестнадцать и я…

— И ты ведешь себя как подросток. Пока нет, Хантер.

— Я смогу справиться с этим.

— Также как ты справился с теми парнями из школы?

Хантер вздрогнул.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Свернул им шеи? Чтобы меня отчислили? Они просто вытворяют всякие идиотские вещи. Я определенно не могу убивать их за это.