Разумеется, нам пришлось соседствовать с ними еще очень долго после этого, несколько месяцев. Не забывайте, у Энди тогда была работа, он делал что-то для американского друга Харви, тот по доброте душевной давал ему подработать, так что мы нечасто его видели. Я говорила Кену: «Будь что будет, я с ними больше и слова не скажу. Если вижу их, то как будто их нет», так я и поступала. А потом они уехали, как обещали, и на их место приехал Джонни Гэббитас.

Минуты две Уэксфорд молчал и просто смотрел на дождь. На зеленой траве фиолетовыми пятнышками пестрели крокусы. Распустилась кустарниковая форсайтия, и в этот унылый дождливый день ее ярко-желтые цветы сверкали, словно лучики солнца.

— Когда вы в последний раз видели миссис Гарланд? — прервал молчание Уэксфорд.

Бренда Гаррисон удивилась такой резкой смене разговора. Как Уэксфорд и предполагал, она не испытывала особого неудовольствия, рассказывая о ревности мужа и своей неотразимой привлекательности. Ответила она ему довольно раздраженно.

— Давно не видела, может, год. Знаю, что приезжала она сюда в основном по вторникам, вечером, но я никогда не видела ее. К этому времени я всегда уходила домой.

— Миссис Джонс говорила вам, что она приезжает?

— Не припомню. — Затем равнодушно спросила: — А почему она должна говорить?

— Тогда как же?..

— Откуда я могла знать? А-а-а, понимаю. Она приезжала на машине брата Кена, верно?

Озадаченный вид Уэксфорда заставил ее пояснить:

— Между нами, она любила пропустить рюмочку, эта Джоан Гарланд. А иногда и две, а то и три. Понимаете, да? Целый день в магазине, ясное дело. Удивляюсь, как они там что-то продавали. Прямо поражаюсь, как такие магазины не прогорают! Так вот, когда она перебирала, я хочу сказать, когда ей казалось, что она выпила слишком много, она за руль не садилась, она звонила брату Кена и просила прислать машину. Во-первых, чтобы привезти ее сюда, а потом, чтобы отвезти куда ей надо. Конечно, денег у нее куры не клюют, вызвать такси — раз плюнуть.

— У вашего шурина фирма?

На лице миссис Гаррисон появилось выражение утонченности, избранности, она чуть сморщилась.

— Я бы так не сказала. Он не рекламирует себя, у него частная клиентура, несколько постоянных клиентов. — Потом встревожилась: — Все законно, не смотрите так. Я скажу вам его имя, нам нечего скрывать. Сообщу все подробности, уверена, что вам не откажут.

Раньше, когда Эмиас Айленд издавал очередную книгу, то иногда посылал Уэксфорду в подарок экземпляр, если считал, что она может заинтересовать его друга. И вечером, по приходе домой, ему всегда было приятно увидеть адресованную ему бандероль с именем издателя и фирменным знаком. Но с тех пор как издательство «Кэрлион-Брент» купили, он не получал ничего, поэтому, увидев ожидающую его посылку, причем большую, чем обычно, он удивился. На этот раз на оберточной бумаге был приклеен фирменный знак издательства «Сент-Джайлз», изображающий льва с рябчиком в зубах, а развернув упаковку, между книгами Уэксфорд обнаружил письмо от Эмиаса на знакомом издательском бланке с объяснениями.

Он писал, что при данных обстоятельствах полагает: Уэксфорду может быть небезынтересно получить три книги Дэвины Флори, которые они переиздают в новом формате: «Святой город», «По другую сторону стены» и «Владельцы Мидиана». Если же Редж захочет получить экземпляр первого и, к сожалению, единственного тома автобиографии, то пусть даст ему знать. Жаль, что он не связался с Уэксфордом раньше. Он также сообщал, что издательство пережило поглощение, но, возможно, без особенных для него, Эмиаса, пертурбаций, что, в частности, не отразится на выходных данных.