— Ну можешь и так меня называть, пока мы одни. Но лучше всё-таки Валерий Николаевич, чтобы потом ненароком не ошибиться, — невозмутимо ответил он и поставил чашку на блюдечко. — Своих уже вызвал?

— Да, — я не стал кривить душой, не тот случай.

— Думал чуть погостишь, — хмыкнул он и снова взялся за чай. — Садись хоть чайку попей. Да не бойся, не отравленный, силы быстрее восстановишь.

Я с сомнением посмотрел на старенький стул, который вряд ли выдержит вес доспеха, и решил, что стоя больше влезет. На столе лежали баранки и стояла тарелка со вчерашними блинами. На свежесть пофиг, есть сильно хотелось. Одновременно я начал наполнять тело силой. Той самой, родной, к которой я так привык. Иномирной во мне не осталось ни капли. Ощущался лишь небольшой холодок и дискомфорт от брони. Пластины вновь стали золотистыми, но чёрный узор въелся намертво и неприятные ощущения были именно от него. Мельком глянул на браслет, там высветилось «ВМ-2», шкала заполнена на треть. Сочный темныш попался, увесистый.

— Что будешь с этим делать? — Спросил старик и как ни в чём не бывало откусил от баранки. Ясное дело, он заметил, как я разглядываю новую роспись доспеха.

— Пока не знаю, — ответил я, дожевав последний блин. — У Вас есть какие-то предложения?

— Лучше заменить.

— Это слишком дорого. Впрочем, это не главное. По любому будет очень много вопросов. Как на них отвечать я не знаю.

— Это потому, что ты прекрасно понимаешь, что дело не только в доспехе.

Вот зачем ты напомнил? По спине пробежал холодок, волосы на голове зашевелились только от одной мысли, что такой же «узор» где-то у меня внутри. Это не поменяешь и не выкинешь, как ненужную вещь.

— У тебя есть хороший знакомый священник? — прервал паузу старик.

— Священник? — я нахмурился. — Ну есть вариант. Отец Николай в Пензе меня выручал уже пару раз. На мой взгляд надёжный, не сдаст не разобравшись. Но, там вопросы были попроще.

— Это единственный вариант, паладин. Только настоящий служитель Богу нужен, а не просто человек в рясе. И к тому же знакомый и надёжный. Бери своего друга в охапку и дуйте в Пензу.

— А может где поближе поискать? Меня и так тут потеряли, а я теперь ещё на пару дней выпаду.

— Зато жив останешься и невредим. Где гарантии, что тебя не сдадут властям, обвинив в демонопоклонничестве и предательстве? Вот именно, нигде. А если таким вернёшься к императору, тебя просто сожгут на месте, без всяких там костров.

— Да это всё понятно, — пробормотал я и тяжко вздохнул. — И ведь что самое обидное, я же не сделал то, ради чего пострадал.

— Ты имеешь ввиду Михаила?

— Да.

— По этому поводу можешь не переживать, — махнул рукой Валерий Николаевич и хитро улыбнулся. Его чашка оказалась пуста, и он снова потянулся к самовару. — Давай и тебе чая подолью.

— Я удивляюсь Вашей невозмутимости, — вздохнул я, но чашку протянул. — Щель между мирами не закрыта, я спать спокойно не смогу.

— Да, не закрыта, — кивнул он. — Но тех, кто решит ей воспользоваться ждёт неприятный сюрприз.

— Куда вы его засунули? — встрепенулся я, вспоминая его рассказ про раскалённый мир.

— Секрет пока. Меньше знаешь — крепче спишь!

Земное воплощение Эрларда злобно захихикало, потом впилось самыми обычными, а не звериными зубами в следующую баранку. Интриган, блин, в тайны решил поиграть. Может это такое своеобразное развлечение у вечных и вездесущих? Значит, пока не доберусь до Трубецкого, до истины не доберусь.