Юрий Алексеевич встал из-за стола, подошел к картине на стене и открыл спрятанный за ней сейф. Что неожиданно, на полках лежали не деньги и драгоценности, а книги и рукописи. Мой новый наставник взял небольшой томик и протянул мне.

— Вот, держи, — ученый вручил мне книжицу, как самую великую драгоценность на свете. — Береги её, как зеницу ока и никому не отдавай. А ещё лучше, если никто не узнает о её существовании. Когда я напечатаю наконец новое издание, эту ты мне вернёшь.

— Конечно, Юрий Алексеевич, — сказал я, принимая подарок. — Можете не сомневаться. И большое спасибо Вам за доверие и столь ценный и значимый для меня подарок.

Книгу я сразу спрятал во внутренний карман пиджака, изучать буду потом. Учёный закрыл сейф, и мы присоединились к компании в каминном зале. Мои друзья рубились в какую-то настолку вместе с хозяйкой, мы присоединились и весело провели остаток вечера. Но у меня в голове постоянно крутились мысли, связанные с новыми открывшимися для меня горизонтами.

Нас развели по комнатам, я наконец улёгся на мягкую, как облако, кровать. Спать хотелось давно, но заснуть никак не мог. Решил поискать в сети новые шашки взамен моих испорченных. Ну их конечно можно было ещё заточить, но зазубрины и дефекты были слишком большими и клинки скорее всего утратят прочность, теперь только ежей сечь.

Долго листая ленту, я наткнулся на шашки, выкованные из метеоритной стали. Даже не думал, что такое возможно. Обозначение твердости стали впечатлило, раза в полтора больше, чем у булатной. То, что нужно. Только и цена была такая же космическая, как и происхождение металла. Не, такое я не потяну. Надо завтра связаться с продавцом, может согласится на рассрочку?

На всякий случай ещё пошерстил ленту и нашёл неплохой вариант из порошковой стали, обозначение которой я видел впервые. Цена вполне адекватная, производитель предлагал опцию нанесения гравировки и инкрустаций по своим заготовкам и чертежам заказчика. Бросил в корзину, решу завтра.

А вот это самое завтра принесло новый сюрприз. Вы же помните, где я оставил машину? Да, да, на опушке леса перед выездом на трассу. Оттуда мы с носилками перебежали дорогу и пошли в деревню.

Все четыре колеса «Долгоруково» оказались пробиты. А вдруг это ещё цветочки, которые я увидел издалека? Я ускорил шаг и достал из кармана ключи. Перед глазами поплыли картинки с догорающим «Уралом».

Глава 17

Я нажал кнопку на брелке, фары мигнули и двери разблокировались. Живая, уже неплохо. Я открыл капот, всё на месте и нет ничего постороннего. Лег на траву и заглянул под днище, тоже ничего. Может тормозные шланги? Но тогда зачем пробивать колёса? Всё равно решил посмотреть. Сухо и оплетка целая.

— Паш, ты чего это? — не выдержал Андрей, наблюдая за моими манипуляциями. — Да это просто местное хулиганьё, кто тут может желать нам смерти?

— Похоже, ты прав, — буркнул я и сел за руль.

Движок завёлся с полтычка. Друзья стояли поодаль, как я и попросил. Взрыва не последовало. Я включил подкачку колес и вышел посмотреть, как они себя поведут. Похоже, одному колесу повезло, оно потихоньку восстанавливало форму, значит порез небольшой. А вот остальные три не могли набрать и половину атмосферы. Запаска одна, три с собой никто не берёт.

Я достал телефон и принялся искать ближайший передвижной шиномонтаж или эвакуатор. Заращивать дырки в колесах я пока не научился, но слышал, что такое возможно. Выслушивая новую серию причитаний Кэт, я наконец нашёл, что хотел.