— Не высовывайся пока, подожди пока он уйдёт.

— Ушёл.

— Глянь, что там внизу, — попросил я. Окно мансарды было недалеко от плоскости фасада дома и увидеть тротуар вполне возможно.

— На тротуаре лежит молодой человек в луже крови! — вскрикнула девушка. — Ох, на стене под окном всё в крови! Вы что, руферы, которые бегают по крышам?

— Может и так, — хмыкнул я и опять рёбра прострелила боль. — Простите, что разбил вам окно, я заплачу за ремонт, плюс моральная компенсация.

— Ну что вы, — девушка кокетливо улыбнулась. — За ремонт вполне достаточно. Такие симпатичные парни в шикарных костюмах в этой комнате ещё ни разу не бывали. Кстати, давайте ваш пиджак, похоже рукав по шву оторвался, я пришью.

— Хорошо, спасибо большое.

Я покряхтывая приподнялся и смог сесть. Тубус с шашками закатился под тахту, за ним тянулся оторванный ремешок. Снять пиджак она мне помогла, левую руку я не мог поднять из-за боли. Когда девушка вышла из комнаты, я занялся самолечением.

Закрыв глаза, я начал налаживать связь со своим организмом, общаться с поврежденными тканями и сломанными рёбрами. И мне удалось их успокоить и уговорить потерпеть! Боль начала отступать. Направив свой извращенный телекинез внутрь себя, я совместил отломки ребра, второй перелом был без смещения.

Вторым этапом было «уговорить» их срастить, что оказалось не так легко. Я взмок, как в бане, но оно того стоило, я почувствовал, что края крепко сцепились друг с другом и процесс медленно, но верно, продолжался.

Еще пришлось пообщаться с надорванной мышцей левого плеча. Здесь получилось быстрее. Ссадины и гематомы сами пройдут, на них уже не было сил. Ощущая себя выжатым лимоном, снова растянулся на полу.

В этот момент девушка вернулась в комнату, гордо неся перед собой зашитый пиджак, я видел это, так как прикрыл глаза, но не закрыл. Потом она увидела, что я лежу бледный и мокрый, бросила предмет своей гордости на тахту и рухнула на колени возле умирающего. Похоже именно так и подумала. Видели бы вы, как она отпрянула, когда я открыл глаза и улыбнулся.

— О, Боже! — вскрикнула незнакомка. — А я уже подумала, что ты умираешь!

— Вот ещё, — буркнул я, поднимаясь с пола. Правда тут же пришлось сесть на тахту. — Со мной всё в порядке. Ну почти. Есть что поесть? Восстановиться надо.

— Да, конечно, — моя спасительница засветилась аки солнце. — Я только полчаса назад борщ с плиты сняла, очень наваристый! Будешь?

— Самое то.

— Тогда пойдём.

Я поднялся с тахты, подхватил пиджак и направился вслед за ней. Ребра ещё немного ныли, но болью это уже не назовёшь. На полке частично разломанной этажерки оставил более чем достаточно купюр на ремонт мебели и окна. Красный тубус под мышкой согревал мыслью о том, какое крутое его содержимое, являющееся теперь моей собственностью. Жаль только использовать это можно не везде, этой погони могло и не быть.

До общежития добрался ближе к ночи. Сытно поужинав у незнакомки (её имя умышленно не стал спрашивать, ни к чему мне это), я тут же ретировался. Даже успел освятить новые клинки в ближайшей церквушке, уже после вечерней. В общаге жизнь кипела, несмотря на то, что завтра первый учебный день. Яркий кожаный тубус я укутал в купленную по пути рогожку, чтобы привлекать меньше внимания, фокус вполне удался.

Сегодня я открыл для себя новые горизонты своих возможностей. Я практиковал бег и прыжки в учебке в Семеновском, но в таких условиях применил их впервые. Книга, подаренная мне Войно-Ясенецким, согревала сердце, находясь в левом внутреннем кармане пиджака. Мне удалось применить на практике то, что я оттуда вычитал, и очень успешно. Ножевые раны, переломы рёбер, всё заросло на ура.