— Кем приказано?

— Самим префектом.

— Господи, чего это он всем сразу понадобился? Да кто он такой, этот малый?

— Понятия не имею. Мы только выполняем приказ. Давайте его сюда.

Дежурный покачал головой:

— Сожалею, но это невозможно. Его нет.

— Как это нет?

— Уже увезли. Я же говорю — он всем нужен.

— Кто увез?

— Контрразведка. Он сейчас катит по направлению к улице Соссэ. — Дежурный язвительно улыбнулся. — Эти ваши междоусобицы нас не касаются.

Посетитель пожал плечами.

— Я сделал все, что мог, пусть другие сделают лучше. Пока.

Дежурный с любопытством посмотрел вслед уходящим. Надо же, день был такой спокойный, пока этого малого не привезли. Не хватает только, чтобы армейский патруль за ним явился. Наверно, какой-нибудь крупный мафиози. Хотя по виду не скажешь.

И сел писать рапорт по поводу всех этих событий.

А с улицы Соссэ тем временем уже звонили Бауму домой.

— Шеф, мы его привезли. Похоже, врач нужен: колено у него прострелено. В футбол ему больше не играть — это точно.

— Смотри сам. Устрой его как-нибудь поудобнее, но запри получше. Если кто-нибудь попытается его увезти, хоть сам президент, — стой стеной, не отдавай. Ясно?

— Разумеется, шеф.

— Отпечатки пальцев снимите, проверьте на компьютере. Данные мне понадобятся завтра ровно в восемь утра. Про машину не забудьте, она тоже нужна.

Однако когда сотрудник ДСТ явился за белым «рено», выяснилось, что его увезли в неизвестном направлении. На все вопросы отвечали только выразительным пожатием плеч:

— Собирались к вам его переправить. Но водителю транспортировки откуда-то позвонили и велели изменить адрес. Вроде какое-то начальство из городской префектуры. А куда его отправили — Бог весть.

— Черт! — подосадовал приехавший.

— Что за машина, чего ради эта суета?

— А хрен ее знает, мне приказали — и все. Ну, я пошел. Пока.

Прочитав эти скудные сведения за утренним кофе, Баум усмехнулся.

— Ну вот, — обратился он к инспектору Алламбо, — а говорили, будто это «Красные бригады». Подгоняли вопрос под ответ. «Красные бригады» бьют по социальным мишеням, эти тоже, вывод — значит, эти тоже левые. Но на примере Люсьена Хаана, как и в случае с нашим приятелем Жан-Полем Масэ из иностранного легиона, видно, что мы имеем дело с самыми что ни на есть правыми — с маньяками из их числа. Это вносит в дело политическую ясность.

— Что с ним делать? — задал вопрос Алламбо.

— На этот раз, — проговорил Баум медленно, как если бы ему что-то мешало, — на этот раз придется играть всерьез, этого уже не избежишь. Джентльменов изображать не будем. В нашем распоряжении шесть дней — столько осталось до парада голлистов. Если мы это дело не раскрутим, снова пострадают ни в чем не повинные люди. Так что я не считаю возможным церемониться с этим молодым человеком. Просто не вижу такой возможности. — Кому его поручить?

Баум с несчастным видом пожал плечами.

— Эта свинья Ассар, что ли, пусть займется. Кому же еще…

— Вы его сами проинструктируете или мне это сделать?

— Лучше ты. У меня и без него неприятностей куча. Теперь слушай внимательно распоряжения на сегодня. Первое — допроси этого парня сам, прямо сейчас. Как уж ты этого добьешься — твое дело, но сегодня к вечеру он должен выложить нам все, что знает. Если упрется, предупреди его, какие приключения он навлекает на свою задницу, и передавай его Ассару.