— В чем дело? — поинтересовался Юрка.

— Хрен его знает, — пожал плечами Витек, — заперлись и не пускают.

— Лесбосом, что ли, решили заняться? — нарочито громко спросил Таран, отметив про себя, что с удовольствием посмотрел бы на то, как Надька с Майкой этим самым развлекаются.

— Нет, — отозвались из-за двери. — У нас для вас сюрприз. Только обещайте, что будете нас слушаться и не войдете раньше, чем мы разрешим.

— Нет проблем, — ответил Таран. — Выражаясь по-тайваньски, «моя согласный»!

— Я тоже, — присоединился Полянин. Замок щелкнул и открылся, но сразу после этого Майка сказала торопливо:

— Еще нельзя! Чуть-чуть позже!

Терпеливые мужчины, шибко заинтриговавшись приготовленным сюрпризом, еще несколько минут подождали, прислушиваясь к тому, как шушукаются и шебаршатся за дверью партнерши.

Наконец из-за двери пискнули:

— Заходите!

Когда Юрка и Витька открыли дверь и вошли, то прямо на них уставились две примерно одинаковые розовые попы, выставленные из-под одеяла, которым Майка и Надька, улегшись животами поперек постели, укрылись с головами. Коленки обеих располагались на коврике перед кроватью, голени и пятки были прикрыты широким пледом, так что, кроме поп и ляжек, ничего не просматривалось. На попах и ляжках никаких родинок и других опознавательных знаков не имелось, к тому же в полутьме — девки закрыли окно плотной шторой — даже хорошо известные приметы трудно различить. Хихиканье обеих красавиц, с головой спрятавшихся под одеяло, воспринималось одинаково глухо, и разобрать, которая в данный момент ржет, Тарану с Витькой не удавалось.

— Это что за выставка? — сурово спросил Юрка.

— Это поп-шоу, — прогундосили из-под одеяла.

— Точнее, шоу поп, — заметил Полянин.

— Вы там не задохнетесь? — побеспокоился Таран.

— Нет, мы дырочки оставили! — хихикнули в два голоска.

— Это вот эти имеются в виду? — Полянин осторожно прикоснулся к левой попе.

— Ага! — бабы у себя под одеялом дружно покатились от хохота.

— Ну, и что нам со всем этим делать? — задумчиво спросил Таран, ощущая, что на него наползает безумно-веселое бесстыдство, в аккурат такое же, как в прошлом году, когда Полина их с Надькой совращала.

— Если есть, что сунуть — суйте, а если нет, то целуйте! — срифмовали бесстыдницы из-под одеяла.

— А нашлепать нельзя? — поинтересовался Полянин, поглаживая все ту же левую попу.

— Не-ет! — дружно запротестовали пододеяльницы.

— А пощекотать? — спросил Юрка, притронувшись средним пальцем, отогнутым в положение «фак», к промежутку между половинками правой попы.

— Руками не трогать! — дружно прогудели из-под одеяла. — А то отстреливаться начнем!

— Юрик, ты противогаз одел? — спросил Витек.

— Не поможет, — отозвался Таран. — Такие газы коробка не держит — по опыту знаю.

— А вы наденьте те противогазы, что без коробок, — посоветовали из-под одеяла. — Если есть на что одевать, конечно!

— А на что их одевать надо? — невинно спросил Полянин. — Объясните белобилетнику необученному…

— Это уж кто до чего додумается, — хихикнуло одеяло, — кто совсем умный — на голову, а кто попроще — на головку!

Таран в это время сходил за обоймой, оставшейся на диване в большой комнате, выдал один «противогаз» Полянину, а другой себе пристроил.