Самолет благополучно приземлился через полтора часа после взлета. Сразу после посадки, едва открылся бортовой люк и на поле выставили лесенку, Юрку встретили два крупных дяденьки и вежливо усадили в джип «Гранд-Чероки». Там обнаружились еще два таких же, один за рулем, другой на переднем сиденье.

Тот, что сидел на переднем сиденье, подал Тарану что-то типа мешочка из плотной черной ткани и пробасил:

— Надень на голову, боец. Лучше, если ты слегка побудешь незрячим.

Таран, как дисциплинированный солдат, отказываться не стал. Опять же понимал, что если эти дяди захотят, то наденут на него этот мешок, а если будет выступать, то и наручники.

В общем, с мешком на голове Таран поехал неведомо куда. Везли его, однако, совсем недолго, похоже, что с одного края аэродрома на другой. Судя по звуку, здесь крутила винтами грузовая «восьмуха» — аппарат для Юрки хорошо знакомый. Таран Думал, что сейчас его выведут и пересадят, однако послышался скрип задней аппарели, и джип попросту въехал в вертолет, где его застроповали, не высаживая никого из кабины.

Потом «восьмуха» заурчала интенсивнее и вскорости поднялась в воздух.

Полет продолжался всего минут двадцать, вертолет благополучно приземлился, задний люк открыли, и джип выкатился на волю. Мешок с Юрки по-прежнему не снимали, и он воспринимал окружающий мир, по большей части, на слух.

Покатили дальше и где-то через четверть часа остановились. Юрка услышал жужжание электромоторов и лязг открываемых створок. Потом джип въехал в некие ворота, повернул налево и . по небольшому уклону съехал вниз, по-видимому, в подземный гараж. Тут Тарана вывели из джипа, но мешок все еще не сняли. Мужики взяли его под локти и довели до лифта, на котором подняли на один, максимум на два этажа вверх. Потом прошли несколько метров по коридору, перешагнули через высокий и широкий порог. Конвоиры отпустили Юркины локти, отошли куда-то назад, и там гулко лязгнула, закрывшись, тяжелая, судя по всему, броневая дверь.

Вот тут-то с головы Тарана сдернули мешок, и обнаружилось, что он находится в помещении, напоминающем приемный покой больницы. Здесь же выяснилось, что верзилы-сопровождающие куда-то удалились, должно быть, за броневую дверь, а вместо них рядом с Тараном находятся два не менее плечистых дяди в голубой униформе с нашивками «СБ ЦТМО». Кроме них, за письменным столиком в углу комнаты сидел мужичок более интеллигентного вида, в медицинском халате и при фонендоскопе.

— Здравствуйте, строго произнес врач. — Жалоб на здоровье не имеете?

— Не-ет, — Таран, как всякий здоровый парень, лекарей побаивался — вдруг найдут что-нибудь этакое?

— Раздевайтесь, — повелел медик. — Снимайте все и вешайте вот в этот шкафчик.

Юрка повиновался, посматривая на дядек в униформе. Эти запросто могли раздеть кого угодно, даже если товарищ не хотел этого делать. Когда Таран задумался, надо ли и трусы снимать, один из этих верзил строго пробасил:

— Это тоже надо в шкафчик.

— Давайте я вас послушаю… — не иначе чуткий нос доктора унюхал легкий запах перегара, потому что, еще не приложив фонендоскопа к груди Юрки, задал вопрос:

— Алкоголь давно принимали?

— Вчера вечером… — сознался Таран.

— В каком объеме?

— Граммов 250, — Юрка решил, что лучше назвать близкую к истине дозу.