– Обними...

– От тебя хорошо пахнет.

– Крепче!

– Опасаюсь сделать тебе больно.

Она прильнула к нему и затихла.

– Хочу быть с тобой так каждую ночь! И чтобы ты тоже меня целовала. Скоро всегда так будет.

Кей молчала. Билл открыл глаза. Она лежала, прижавшись к нему щекой. Солнечный луч пробивался сквозь штору.

– Очень скоро, – повторил он.

– Когда? Через несколько недель? Давай помечтаем... Когда назначим день свадьбы?

– Кей, – он помедлил, – с чего вдруг такая спешка?

Она открыла глаза и повернулась на бок:

– Нам ведь вовсе не обязательно оставаться в Марлетте. Нас теперь здесь ничто не держит. Поженимся и станем жить, где пожелаем.

– Можно жить у меня, но ты против...

– Потому что если мы останемся здесь... Не хочу я поливать огородик и наблюдать, как ты гонишь бурбон. Хочу уехать отсюда, пока еще есть шанс начать наконец жить... Но если ты придумаешь какой-либо повод, чтобы остаться...

– Повод у меня тот же, что и раньше. Кей, возможно, я грубоват, но что изменилось?

Она нахмурилась:

– Но ведь нашли виски твоего отца!

– Никто его не нашел.

– Но они знают, что бочонки где-то спрятаны! Как только они найдут и получат их, у тебя не будет больше причины торчать здесь. Ты ведь сам говорил, чем скорее уедем из Марлетта, тем лучше.

– Кей, виски пока еще никто не нашел. Я собираюсь продать его, и тогда мы сможем уехать отсюда. На вырученные деньги купим хорошую землю или, скажем, откроем свое дело... Сейчас у них нет ни малейшего представления о том, где бочонки с бурбоном. Столько лет искали, но ведь так никто и не нашел!

Кей приподнялась на локте.

– Билл, Фрэнк Лонг – важная птица. С ним шутки плохи.

– Какая ты красавица! Ты великолепно сложена...

– Дорогой, если ты им не скажешь, где виски, они испортят нам жизнь. Тебя могут посадить...

– Если скажу где, – посадят еще скорее.

– Но ведь не ты изготовил виски, а твой отец!

– Это ничего не значит. Он его изготовил, а я храню. И то и другое противозаконно. Проблема вот в чем: им придется доказать, что оно у меня есть. – Билл улыбнулся. – Короче говоря, придется найти его. Именно Фрэнку Лонгу. Чем он лучше или умнее Бада Блэкуэлла? Или твоего кузена Вирджила? Или других местных?

– Неужели ты не видишь разницы? Ты же выступаешь против федеральной власти, а не против частного лица. Лонг привезет с собой сколько угодно народу! Если они не отыщут бурбон твоего отца, они так и будут до скончания века торчать здесь, в горах! Станут следить за каждым твоим шагом, и тебе никогда не удастся продать виски. Ну как ты не понимаешь?

– Пока что я понимаю только одно: ко мне заявился тип по имени Фрэнк Лонг, – сказал Билл. – Только я до сих пор не понял, что у него на уме. Может, он действует в интересах федеральных властей, а возможно, в своих собственных. В этом-то и разница!

– А что, если нам уехать ненадолго? – предложила Кей. – На месяц или на два? Потом вернемся и поглядим... – Она замолчала.

Билл прижал палец к губам. Он смотрел на нее, но не слышал ни единого слова из того, что она говорила. Она была уверена, что это так! Потом и Кей услышала шорох, доносившийся с улицы. Кто-то стоял на крыльце.

Билл мгновенно спустил ноги на пол. На цыпочках он пошел в прихожую. Какое-то время стоял, прислушиваясь, потом осторожно подошел к окну. Ни на крыльце, ни во дворе он никого не заметил. Но несколько минут спустя со стороны церкви послышался шум мотора.