— Как мило! — усмехнулся он. — Я очень признателен тебе за то, что ты хочешь поделиться со мной своим несметным богатством, но я бы посоветовал тебе приберечь его для другого случая. Возможно, водитель следующей автомашины, которую ты протаранишь, не будет так снисходителен.

— Снисходителен?! — возмутилась Кейт. — Плевать я хотела на твое снисхождение!

Она вскочила, ее щеки пылали, губы дрожали.

— Вы хотели еще что-то сказать мне, доктор Смит? — спокойно отреагировал на эту вспышку Джек. — Валяй, говори. — Он многозначительно посмотрел на часы. — Только не очень долго, мне вообще-то пора домой.

— Да, мне есть что сказать! — запальчиво воскликнула Кейт. — Я хочу поговорить о смерти моей сестры. Я не понимаю, с какой стати ты ведешь себя так, словно не виноват. Это не было случайностью. Она покончила с жизнью из-за тебя — ты ее бросил!

Джек сжал губы.

— Как скажешь, — лениво отозвался он. — Только не забудь, что у каждого человека есть свое собственное мнение.

— Я не понимаю… — Кейт задыхалась. — Не понимаю, как ты можешь отрицать свою причастность к смерти Шарлотты? Потому что это избавляет тебя от переживаний? Потому что на самом деле чувство вины гложет тебя как никого другого?

— Вовсе нет. — На его лице снова появилось выражение крайнего безразличия. — Я веду себя так, потому что все, сказанное тобой, вздор! Не забывай — я хорошо знал Шарлотту. Она была жестокой, безжалостной карьеристкой, озабоченной лишь своей драгоценной персоной. А ты возвела ее на пьедестал, изобразила ее хрупкой и эмоциональной дамочкой, сделала из нее жертву, каковой она не являлась. И уж тем более она, с ее-то характером, никогда не стала бы жертвой любви!

Кейт испуганно уставилась на него. Где-то там, глубоко в душе, она знала об этом, знала, что Джек прав, но боялась признаться в этом даже самой себе.

Шарлотта никогда ни в чем не раскаивалась, она ставила перед собой цель и для достижения ее готова была пойти на что угодно.

— Ты забыл про записку, — возразила она. — Она написала, что больше не может жить с этой болью. Она обращалась к тебе, помнишь? Джонни, она называла тебя Джонни. Ты бросил ее, а она не смогла это пережить. Она… даже написала: «Прости меня, Джонни», потому что не хотела, чтобы ты винил себя за ее смерть. Она заботилась о тебе!

На лице Джека возникло какое-то странное выражение, которое исчезло так быстро, что Кейт не успела понять, что это было.

— Возможно, она просто хотела донести до меня то, что она тоже способна испытывать какие-то чувства. — Он пожал плечами. Кейт вдруг подумала, что он бережет ее и сознательно что-то скрывает. — А возможно, — добавил он, — ей захотелось, чтобы ее жалели…

В его голосе опять звучали металлические нотки.

Кого он пытается убедить? Кейт или самого себя?

Что за бесчувственность! Просто монстр какой-то!

— Я уверен, что ее нелепая смерть была случайностью, очередной причудой сумасбродки, — продолжал он. — Трагической ошибкой, способом привлечения всеобщего внимания, хорошо продуманной операцией, которая совершенно неожиданно имела столь печальный конец. — Он наклонился к Кейт. — У Шарлотты было все, что только можно пожелать. Судьба была к ней благосклонна. Шарлотта мечтала стать лучшей, и ничто не могло ее остановить, когда она стремилась к цели.

Кейт покачала головой.

Но почему он бросил ее сестру? Потому что она ставила работу выше него, потому что думала только о себе? А вдруг Шарлотта поняла, как любит его, только когда он ушел из ее жизни?

Сердце Кейт словно сжали железные тиски.