– Раскель!

Тишина.

Замечательно…

Ну и куда теперь идти, спрашивается?

Кароль сделал шаг наугад, вытянув на всякий случай перед собой руку.

И в тот же миг все вокруг переменилось.

Туман исчез.

Вспыхнул свет, похожий на электрический, – около десятка бра замысловатой крученой формы, расположенных по периметру большой, идеально круглой комнаты, чуть ниже линии на высоте около полутора метров, где каменная кладка стены плавно, без всякой рамы переходила в стеклянный купол, венчавший это необычное помещение.

Болезненно памятный капитану Хиббиту рабочий кабинет Ферруса…

В котором все на первый взгляд осталось точно таким, каким оно было десять лет назад, во время их первой встречи. Та же мрачноватая атмосфера. Те же невысокие книжные шкафы, диваны и кресла из мореного дуба, гнутой формы, позволяющей ставить их вплотную к стене. Тот же громадный письменный стол, заставленный и заваленный всякой всячиной, тот же грубый каменный пол… и круглый люк в нем, под которым скрывалась винтовая лестница, ведущая вниз. Только за прозрачным куполом сейчас виднелось ночное, а не дневное небо, и сам он – гладкий, цельнолитой в виде идеально ровной половинки гигантского стеклянного пузыря, разбитый Каролем при его прошлом нечаянном визите, – был невредим.

Даже костюм на хозяине был как будто тот же самый, что и тогда. Тоже серый, во всяком случае, и бархатный. И стоял хозяин на том же месте, возле письменного стола, в той же позе – заложив руки в карманы.

И сам он не изменился. Высокий, стройный… человек с виду, лет сорока. Воплощение спокойствия, уверенности и силы.

Строгая мужская красота, без малейшей слащавости, – резкие, рубленые черты лица, коротко стриженые волосы цвета стали. Черные глаза – непроницаемая бархатная мгла, без блеска…

В следующий миг Кароль увидел Клементину – в кресле рядом с демоном.

А потом – бегущего к ней Идали.

А потом – почти такую же сцену, какая разыгралась в доме старшего брата после его возвращения, с той лишь разницей, что на невидимое препятствие налетел сейчас со всего маху брат, а не его жена.

Клементина даже не шевельнулась, глядя на Идали больными, усталыми глазами, с бесконечной тоской.

Он ударил в разделявшую их магическую стену кулаком. Перевел взгляд на демона и прорычал:

– Я готов подписать новый договор!

Клементина вздрогнула. Чуть подалась вперед, словно желая сказать что-то, но промолчала.

А Феррус едва заметно поморщился. И низким, красивым голосом выговорил:

– Хоть бы поздоровался для начала…

После чего, обращаясь к Каролю и еще кому-то у него за спиной, добавил:

– Приветствую вас, дамы и господа!

Кароль оглянулся.

Все были здесь – Раскель, девушки, Юргенс, – и все таращились на демона глазами размером с блюдца.

Наверняка ожидали все-таки, несмотря на предупреждение, увидеть бешеного монстра с клыками, а не красавца с хорошими манерами… И после некоторой паузы ему ответил, явно сделав над собой усилие, Юргенс:

– Привет… – а остальные только молча кивнули.

Хозяин, вынув руки из карманов, указал в сторону самого длинного и вместительного из имевшихся в его кабинете диванов.

– Располагайтесь, прошу.

В тот же миг перед диваном появился низкий овальный стол, а на нем – бутылки с вином и кое-чем покрепче, бокалы и блюда с закусками.

– Отдохните, подкрепитесь, – радушно продолжил демон. – Думаю, вы все испытываете некоторый упадок сил? Сочувствую… но такова уж дорога к моей башне, и только посвященные проходят ее без затруднений.