Пилот налил себе газированной воды из открытой бутылки, затем поднял стакан и шутливо салютовал:

– Я здесь.

– Уже заметил.

– Готовишься отправить ее?

– Ты о чем?

– О твоем прелестном биографе. О мисс Анжелике Дин, которая вынуждает тебя к столь неординарному поведению.

– А, это. Почему ты решил, что я собираюсь отправить ее назад?

– По твоему неординарному поведению, – хмыкнул Чак, вытирая рот ладонью. – Синджун Брейкер, орущий на виду у целого света.

– Чушь.

– А сегодня утром? На тропе? Кто стоял перед хорошенькой писакой с таким видом, будто собирался голыми руками свернуть ей нежную шейку?

– Я считал, что ты нездоров. Как ты узнал? Поставил на крыше телескоп?

– Зачем, есть Кэмпбелл Миджли, – ухмыльнулся Чак, отправляя в рот горсть соленого арахиса.

– Этот парень заставит меня нарушить собственное правило.

– Что за правило?

– Не терять самообладания.

Несколько орешков упали на пол, и Свифти быстро подобрал их языком.

– Ты и ему свернешь шею? – съехидничал Чак.

– Где был Кэмпбелл?

– В твоем вертолете.

– Какого черта он там делал?

– Парень обожает вертолеты. Я взял его с собой на прогулку, он и сообщил мне, как ты разъярился на девицу.

– Перестань ронять орехи. Это вредно для собак. Пусть Кэмпбелл держится подальше от вертолета, или я накажу его. Шею, конечно, не сверну, но мало не покажется.

– Ладно. Хочешь орешков?

– Нет. Почему он тебе рассказал?

– А ты не знаешь?

– Парень никогда не сказал мне даже пару слов.

– Хочешь воды?

– Нет.

Синджун терпеливо ждал объяснений. Чак налил себе второй стакан.

– Я думал, ты знаешь. С того самого дня, как парень вернулся домой на каникулы и увидел Лорейн, он запал на нее.

– Лорейн? А при чем тут Анжелика Дин? Не улавливаю связи.

– Недавно Кэмпбелл явился с просьбой, чтобы я защитил Лорейн, потому что ты ее ненавидишь.

– Ты совсем заморочил мне голову, Чак, – пробормотал Син, усаживаясь в кресло.

– Я считал, тебе известно про странности парня. Он почему-то вдруг решил защищать всех лиц женского пола, оказавшихся рядом с ним. Он возмущен твоим недостойным поведением по отношению к «слабой женщине» и попросил меня поговорить с тобой на этот счет. Мало того, что ты неприязненно относишься к Лорейн, так сегодня еще напал на бедняжку Анжелику. Это не мои слова, а Кэмпбелла.

– Черт побери!

– Вот именно. Честно говоря, мне без разницы, как ты относишься к Лорейн, потому что ты не станешь ее оскорблять, а если и станешь, она все равно не обидится.

Синджун молча кивнул, удивляясь, как такой разумный человек мог слепо влюбиться в потаскушку.

– Но я пришел не за этим, – поморщился Чак. – Бедняжка мисс Дин ухитрилась сделать то, что не удавалось почти никому. Довела тебя до бешенства. По словам Кэмпбелла, ты оставил девицу в слезах.

– Пожалуй, я тоже немного выпью. – Синджун протянул руку к бутылке. – Значит, в слезах? Ты уверен?

– Так сказал Кэмпбелл.

– Она не плакала когда я уходил. Наоборот, чувствовала себя победительницей. Слушай, Чак, я хочу, чтобы мисс Дин оставалась на острове до тех пор, пока я не выясню, чего она добивается и как много ей уже известно обо мне.

– Разве ей что-то известно?

– Конечно.