Теперь, увы, оставалось только сожалеть о необдуманности своего поступка. К тому же, если верить Чаку, в коттедже всего лишь миниатюрная блондинка, пусть острая на язык, но в других отношениях довольно безобидная.

Подкравшись к окну, Синджун осторожно заглянул внутрь, осмотрел комнату и наконец обнаружил предмет, которого там раньше определенно не было.

У входной двери стоял большой темно-серый чемодан, закрытый и оставленный так, чтобы в случае необходимости его можно было легко подхватить и унести.

Пригибаясь к земле, Синджун пробежал мимо окон к задней двери, ведущей на кухню, и прислушался. Из дома не доносилось ни единого звука. Он бесшумно проник в неосвещенную кухню, где лунный свет играл на блестящей хромированной поверхности утвари и безупречно чистом белом кафеле. Переложив «беретту» в правую руку, Синджун на цыпочках двинулся по коридору в гостиную, чтобы не спугнуть миниатюрную блондинку, которая пряталась в доме, видимо, рассчитывая застать его врасплох.

Синджун обследовал единственную в коттедже спальню, ванную, сауну, даже небольшую прачечную и туалет. Никого.

Он вышел из дома и остановился, настороженно прислушиваясь. Самозабвенно квакали лягушки, тихо шелестели высокие пальмы, со стороны лагуны доносился шум прибоя, пахло красным жасмином и соленой океанской водой.

Наконец он двинулся к обрывистому берегу лагуны. Черт бы побрал Чака, оставившего в коттедже Анжелику Дин, которая успела куда-то сбежать. Видимо, отправилась на охоту… За кем? За хозяином или за столь желанной информацией о его личной жизни? Неужели ее действительно подослал кто-то из тайных и, как выяснилось, смертельно опасных врагов? Но кто?

Синджун задавал себе этот вопрос уже в тысячный раз за те шесть недель, которые прошли с момента первого так называемого несчастного случая, когда он едва не стал жертвой уличной перестрелки. Он вспомнил многочисленные сделки за последний год, людей, так или иначе участвовавших в них, размышлял над тем, кто мог иметь причины желать его смерти. Увы, практически каждый второй мог оказаться заказчиком, в мире больших денег трудно не нажить врагов, даже соблюдая деловую этику, как это делал Синджун Брейкер.

Внезапно ему почудилось какое-то движение на самом краю обрыва, а через несколько секунд появились руки, цеплявшиеся за траву, потом голова, плечи, облепленные длинными мокрыми волосами, и, наконец, все тело в прозрачном, как показалось Синджуну, белом купальнике. Видимо, Анжелика Дин предпочла ныряние в море ожиданию хозяина острова, причем одна, ночью.

Наконец она сумела выбраться и упала на колени, став похожей на большую мокрую лягушку.

– Полагаю, вы мисс Дин? – Фигура у его ног не шевельнулась. – Вам трудно встать?

– Нет, – раздался приглушенный голос.

– Отлично. А вы когда-нибудь слышали, что плавать в одиночку, тем более ночью, опасно?

– Да.

– В таком случае вы просто глупы.

Она пробормотала нечто весьма невежливое, и Синджун начал терять терпение.

– Похоже, вам не терпится покинуть остров, я буду только рад. Честно говоря, я не ждал вас сегодня, но раз уж так вышло, предлагаю коротко обсудить интересующую вас тему прямо здесь и сейчас, тогда рано утром вы сможете убраться отсюда.

– Высокомерный наглец, – на этот раз вполне четко пробормотала она.

Синджуна удивил странный выпад журналистки, которая не одну неделю добивалась с ним личной встречи.