— Она не возражает, — ответил Грегуар таким тоном, что стало ясно: в этом доме никакие возражения от младшего поколения не принимаются. Мать Катрин — редкое исключение. — Верно, внучка?

— Совершенно верно, дедушка, — ответила она, не поднимая глаз.

Да что же такое, то его женили, не спросив согласия, теперь ее выдают замуж точно так же… А может быть, она уже присмотрела кого-то из кузенов?

— Но мой сын…

— Твой сын остается наследником рода Малфой. Что у вас там получится с Катрин, дело другое. А мальчику, когда подрастет, Доминик подарит мэнор и виллу или продаст за символическую сумму, по обстоятельствам видно будет. Ну и у тебя найдется, что ему передать. Кстати, Доминик, у нас договор купли-продажи от какого числа? Ага… Дивно, Люциус еще не был преступником, формально все остается в силе. А ты волновался!

Люциус в очередной раз онемел.

— Благодарю, — сказал он, обретя дар речи.

— Ну и прекрасно. Завтра мы вас и поженим, — заключил Шанталь.

— Как… завтра? — опешил Малфой.

— Нечего тянуть. Скоро налетят стервятники, — усмехнулся тот. — Младшие, прочь из-за стола, старшим нужно обсудить церемонию!..

Он догнал Катрин на лестнице.

— Послушай… — заговорил Люциус.

— Знаешь… — начала она, и оба умолкли.

— У тебя еще год траура по Нарциссе, — напомнила Катрин наконец. — Имей это в виду.

— Я что, настолько тебе неприятен? — нахмурился Люциус.

— Это был мой вопрос.

— В критических ситуациях срок траура можно и сократить. Если ты не против. Если я вообще устраиваю тебя в качестве мужа: беглец, убийца…

— Идиот, — заключила она.

— А?..

— Ты так и не понял, что я влюбилась в тебя еще тогда, в школе?

— Знаешь, ты могла бы хоть намекнуть, — Малфою было неловко, а этого он не любил. — Я бы сумел убедить отца… наверно…

— О нет. Я же урожденная Шанталь. Мы гордые.

— Ага, мы, Малфои, тоже.

— И тупые, обе семейки, — добавила Катрин. — Знаешь, Люциус, а мне и замуж-то не в чем выходить. У меня из нарядных платьев только то, бальное, но оно мне маловато уже, я же выросла.

— Вот оно и подойдет! — вдруг загорелся он. — Что мало, не беда, на кой иначе нам трансфигурация? Пойдем, примеришь!

— Жених не должен видеть невесту в свадебном платье до церемонии!

— Но я-то все равно уже видел, — логично заметил Люциус. — Идем. Только сперва я загляну к Драко, ладно?

Повисло неловкое молчание.

— Я буду хорошей мачехой, обещаю, — сказала Катрин. — Он у тебя такой… его нельзя не полюбить. Главное — не избаловать!

— Ну, я посмотрю, как это у тебя получится…

— А почему у меня-то? Отец — ты! А я так точно выйду злой мачехой!

— Господа! — шипение домовухи было слышно на полкоридора. — Нельзя ли потише? Только Софи убаюкает ребенка, вы снова начинаете кричать! Может, вам переселиться в другое крыло?

— Нет-нет, мы будем вести себя тихо, — заверила Катрин, переглянувшись с Люциусом и шепнула: — Мегера!

* * *

Свадебная церемония плохо отложилась у него в памяти. Да, собственно, никаких торжеств и не устраивали: их с Катрин отвели в самый центр поместья, к древнему кругу камней, старый Шанталь проделал несколько малопонятных непосвященным обрядов (хотя вот смешение крови в чаше с вином Люциусу о чем-то напомнило) и назвал их мужем и женой.