Я переступаю через порог в тот момент, как Фрост включает свет. Комната внезапно возникает перед глазами, шокируя содержимым. Пропавшая фотография прибита к моей подушке лезвием ножа. Только тогда я слышу, как Фрост набирает номер на своем мобильном и поворачиваюсь к нему.

— Что вы делаете? — спрашиваю я.

— Звоню своему напарнику. Она должна знать об этом.

— Не звоните ей. Пожалуйста. Вы ничего не знаете об этом.

Он смотрит на меня, его взгляд вдруг пристально концентрируется, что заставляет меня понять, насколько я его недооценивала.

— А вы?

Глава четырнадцатая

Джейн стояла в спальне Ирис Фэнг, разглядывая фотографию, которая была прорезана мясницким ножом. Это был снимок молодой Ирис, ее лицо сияло в улыбке, а на руках она держала ребенка.

— Она сказала, что нож взяли на ее кухне, — сообщил Фрост. — А ребенок — это ее дочь Лора. Фото стояло в рамке на книжном шкафу в гостиной. Тот, кто порвал его, сознательно вынул снимок из рамки и принес наверх, где она точно смогла бы его увидеть.

— Или это послание. Воткнуть нож в подушку все равно что пожелать сладких снов наоборот. Что все это значит?

— Она не знает. — Он понизил голос, чтобы его не могла услышать Ирис, находящаяся внизу. — По крайней мере, она так утверждает.

— Думаешь, она с нами не совсем откровенна?

— Не знаю. Дело в том…

— В чем?

Его голос упал еще ниже.

— Она не хотела, чтобы я звонил тебе. По правде сказать, она попросила меня обо всем забыть. Я не вижу в этом никакого смысла.

Я тоже, подумала Джейн, нахмуренно рассматривая нож, который был погружен в подушку по самую рукоять, прибив снимок к наволочке. Это был акт чистой ярости, предназначенный для устрашения.

— Необходимо приставить к дому полицейских для защиты.

— Она настаивает на том, что этого не нужно. Говорит, что не боится.

— А ты уверен, что здесь и правда кто-то побывал?

— На что ты намекаешь?

— Она сама могла это сделать. Нож взят на ее собственной кухне.

— Зачем ей это?

— Это бы объяснило, почему она не боится.

— Все произошло не так.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я был здесь, когда она обнаружила это.

Джейн повернулась к нему.

— Ты заходил в ее спальню?

— Не смотри на меня так. Я проводил ее до дома, на этом все. Мы заметили, что дверь была открыта, поэтому я зашел и проверил дом.

— Ну-ну.

— Все так и было!

Тогда почему ты выглядишь таким виноватым? Она посмотрела на изуродованное фото.

— Если бы я пришла домой и обнаружила такое, это бы меня напугало. Так почему же она не хочет, чтобы мы присматривали за ней?

— Это может быть всего лишь отношением их культуры к полиции. Тэм говорит, что люди в Чайнатауне относятся к нам с подозрением.

— Я бы с гораздо большим подозрением отнеслась к тому, кто это сотворил. — Джейн развернулась к двери. — Давай-ка побеседуем с миссис Фэнг.

Внизу она обнаружила Ирис, сидящую на выцветшем коричневом диване и выглядящую слишком спокойной для женщины, в чей дом только что проникли. Детектив Тэм ошивался поблизости, прижав к уху сотовый телефон. Он взглянул на Джейн с видом «я не знаю, что здесь происходит».

Джейн села напротив Ирис и с мгновение просто изучала ее, не произнося не слова. Женщина смотрела ей прямо в глаза, словно понимая, что это испытание и принимая вызов.