— Это что же — напарник Невелиса, мужчина среднего возраста захлопал глазами — штурмовикам садиться будет некуда?

— Да — Брин стал еще мрачнее — парни знали, на что шли. Это был их последний взлет.

Все замолчали и представили себе отважных пилотов, навсегда оставшихся в тесных кабинах небольших корабликов, несущих на борту ограниченное количество топлива, только для ближнего боя. По мере того, как оно кончалось, штурмовики один за другим выходили из схватки с треугольными истребителями жестокого врага. Через несколько часов у парней начнут выходить из строя системы жизнеобеспечения, в кабине станет жутко холодно, и уровень кислорода будет стремиться к нулю.

— Жуткая смерть — передернул плечами молодой.

— Да, уж лучше разгерметизироваться.

— Вонг, а ты видел лица умерших в вакууме? — жестко посмотрел на напарника Невелис — Страшная смерть, только что быстрее. Ладно, идите отдыхать, мы приняли дежурство.

Бывший кадровый сержант гвардии Униата стоял у края платформа и смотрел вниз. Там сидели, лежали, спали или бодрствовали тысячи людей. Молодые женщины кормили младенцев, малыши постарше с шумом и визгом бегали между рядами кресел. Они еще не поняли, что это не очередное приключение, и их дома больше нет. Ребята постарше все понимали, их лица стали, как будто сразу старше, а плечи согнулись в печали. Женщины с надеждой бросали взгляд на крепкого военного, экипированного в полную амуницию и стоящего, как положено дисциплинированному солдату на своем посту. Только вот он то знал, что их надеждам сбыть не суждено. Он не знал даже, будут ли они жить через месяц.

— Мне нужен самый высокий чин на этой станции — перед старшим распорядителем возвышался стройный офицер в полной боевом амуниции. Распорядитель выглядел измученным, их маленькая станция не была приспособлена для такого количества беженцев. А ведь их надо обеспечить водой и едой, санитарными процедурами, занести в единый реестр Службы Спасения, и организовать партии для спуска на планету.

Дел просто невпроворот, а людей мало. И еще тут этот военный, молодой, но слишком наглый.

— Лейтенант — служащий отметил две нашивки на рукаве, война заставит любого разбираться в званиях — вы почему на борту станции расхаживаете с боевым излучателем? Вам законы не писаны.

— Не писаны — офицер холодно взглянул на распорядителя и протянул информационный кристалл — Флотская разведка, у нас свои приказы.

— Вот оно что — протянул служащий, флот он уважал. Не смотря на чудовищные потери, звездолетчики сражались как истинные герои — Тогда вам к начальнику сектора. Я дам вам провожатого.

Лейтенант благодарно кивнул, и устало зашагал за сухопарой женщиной в форме техника.

— Как там? — она повернула бледное лицо, признак долгого нахождения в космосе — Я Хана Кори, у меня муж остался в девятом секторе.

Лейтенант понял, о чем был не прозвучавший вопрос и замотал головой. Он уже привык к подобным взглядам и безмолвным вопросам, но ничем помочь не мог. Уж лучше промолчать, чем ляпнуть, что живых людей в том секторе скорей всего не осталось. Что чуждая им раса безжалостно расправляется со всеми выжившими кошмарными, не поддающимися описанию, бомбардировками. Эта неожиданная война превзошла все прошедшие невиданной жестокостью, не оставляя человечеству никаких шансов.

— Лейтенант третьего эскадрона Питр Лукан — он протянул строгому мужчине в форме гражданского флота свой ИК — информкристалл — Мне необходимо срочно переговорить с командующим этого сектора обороны.

— Командующим? — неопределенно хмыкнул флотский — У нас нет ни командующего, ни армии.